Silber: Das zweite Buch der Träume

– О боже, пахнет невероятно вкусно. Что это?

– Всесезонные ванильные полумесяцы Лотти. – Миа поставила дымящиеся чашки на стол. – И чтобы вам было понятно, они предназначены для меня, ну и Лив тоже получит парочку, потому что она так волновалась за меня, что даже плакала. Потому что я снова ходила во сне и почти что выпрыгнула из окна. И проснулась только тогда, когда Лив вылила мне на голову вонючий валериановый чай. – Она села и весело улыбнулась нам. Так что, если вы не сможете нас превзойти, то вам останется только смотреть, как мы едим печенье.

– Я не хочу говорить об этом поцелуе! – прошептала я. – Бог знает, сколько у нас других проблем. Я этого не вынесу, Генри. Он не остановится… Где ты вообще был так долго?

– Я… Меня задержали. – Генри грустно покачал головой. – Мне жаль. Но я обещаю тебе…

– Нет! – Я забыла, что нужно говорить тихо. – Ты не должен ничего мне обещать, если не сможешь сдержать слово. Этой ночью тебя снова что-то задержит, или следующей, и тогда…

Я снова всхлипнула. Лотти и Миа широко открытыми глазами смотрели на меня. Наверное, гадали, какие наркотики я приняла перед сном.

– Уи, мадам, пардон мадам, я не поняла вопроса, – протараторила Персефона.

– Devoir. Fabien et Suzanne! – сказала миссис Лоуренс. – Attendre une heure à la caisse du musée.

– Ждали целый час в очереди? – Персефона сочувственно щелкнула языком. – Ну хорошо, это и вправду зависит от экспозиции. Чтобы попасть на выставку Кейт Мосс, которая оказалась действительно супер, я ждала даже больше.

Жилка на лбу миссис Лоуренс выглядела так, будто готова лопнуть в любой момент.

– Fabien et Suzanne ont dû attendre une heure! – воскликнула она. – Ont dû!

Мне было все равно. Сюзанна, Фабьен и их дурацкий музей волновали меня в данный момент меньше всего.