Маша Регина

"(классика) из под стонка и теплая"

"Классика из-под стонка" - это, наверное, то самое определение книги. И еще "полный Левенталь".
Трудно найти роман, который злил бы и раздражал больше. Читать эту книгу мне, как страстному любителю художественного русского языка, было больно.

Во-первых. Автор держит читателей за идиотов и бесконечно понтуется своей начитанностью: "Смотрите, я знаю кто такой Секацкий, и еще знаю, что Кант был девственником, и еще много чего знаю, а вы дураки, но я вас сейчас поражу мощью моего ума!".

Во-вторых, это размазанные по бумаге сопли. Много-много соплей, прикрытых отчаянным подростковым цинизмом и "героизмом": ах, какая у нас героиня вся из себя сильная и трагическая.
Буэээ.
В третьих. то Ужасный, просто чудовищный язык. Он точно филолог? Тогда зачем, объясните мне, почему Левенталь строит предложения так, что чтобы понять о чем, собственно, речь, нужно читать три раза. Я не шучу!
Вот типичный отрывок:

Хочется спросить у автора: "ЧТОА?"
И так - на протяжении всего текста! (Зато вы узнали, что Левенталь в курсе за Стоппарда.)
Множество несогласованных предложений, вывертов, очень раздражающих вставок английских и немецких слов (звучит как речь понтующегося подростка, смесь французского с нижегородским), и феерическая философия, конечно:

Еще раз: "ЧТОА, простите?"

О сюжете: достоевщина в худшем смысле этого слова: бедная, бедная Маша, все у нее в жизни плохо, полюбуйтесь на нее, поплачьте. А я из вас слезу повыдавливаю. Заодно поразмышляю на тему: давать или не давать.
Крайне безвкусная, сырая и слабая книга.

Непонятно только одно: все эти восторженные отзывы в интернетах ("Гениальный роман!" "Какая мощь!" "Классика!") - это что, проплаченные статьи? Если да, то ну ладно, хотя и злит, конечно.
Но если реально - то очень грустно за читающую публику. Потому что не видеть вот этого вот всего, это, простите, "полный Левенталь".

Ожидала "производственную тему", историю про то, как Маша становится крутым режиссером. А как еще – такая аннотация, "путь от провинциальной школьницы до европейской звезды", название – имя главной героини, а в другом издании на обложке вообще красная ковровая дорожка. Но нет, бо́льшую часть книги действительно занимает описание отношений Маши с мужчинами – кто и как ее любил, кого и как не любила она, этому дала, этому дала, а вот тому не дала, а этому дала, но он когда-то не дал ей. И даже это не так плохо – жизнь разная бывает, а великие режиссеры тоже люди – если бы автор не скатывался то в доброжелательный сексизм, то в полуироничное осуждение "европейских ценностей", то еще непонятно куда. А о чем книга-то? Опять об одиночестве и пустоте, потому что творческая самореализация не согреет твою постель? Я бы, пожалуй, очень удивилась и обрадовалась бы, если бы о чем-то другом. Но нет, женщина в русской литературе все еще не может быть счастлива, просто занимаясь любимым делом.

И снова я повелся. На шорт-лист "Большой книги". На обложку в приятных теплых тонах (хотя обложка довольно адекватная - осенний ветер уносит листы от брошенной книги).
Короче, пичалька.
Нет, сказать, что книга Вадима Левенталя плоха я не могу. Следить за жизнью героини было интересно, сама книга неглупая, много готовых афоризмов, но есть вот такущее НО. Точнее их несколько, этих "но".

- Несмотря на меткие афористичные высказывания, стиль книги в целом ужасен. Тут в рецензиях на эту книгу уже упоминали громоздкость предложений настолько запутанную и переусложненную, что не всегда до конца понятно о чем же речь. Добавлю к этому любовь автора к дополнениям-пояснениям-ответвлениям мысли, заключенным в скобки. Я сам их использую, причем часто, однако не так часто, как автор. У него даже вложенные скобки встретились! Странное выделение авторской речи не по правилам понять могу - автор самовыражовывается, у них в европах так принято, Левенталь же не какой-то там орган собачий, а писатель с претензией. Всё понимаю. А вот принять не могу.

- Следующая претензия тоже относится к стилистике, но я решил выделить ее отдельно. Есть такой неплохой прием в литературе: сначала рассказывается что получилось, а уж потом как дошли до жизни такой. Когда я в книге впервые встретил фразу "А дело было так", то порадовался, что автор так удачно использовал ретроспективу. Когда ровно этот же прием встретился мне в третий раз, ощущение были, мягко говоря, не те. А уж когда я прочитал "А дело было так" в седьмой раз, стало ясно, что автор просто халтурит.

- Мат. Встречая его неоправданное применение в художественных произведениях (авторские амбиции - не оправдание), сразу снижаю оценку, а автора заношу в мысленный список не оправдавших ожиданий и неблагонадежных. Про желание оторвать руки подробно не буду. И главное на обложке что-то не видно крупной надписи "ОСТОРОЖНО! НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА!". И напрасно. Лексики там много.

- Напускная интеллектуальность. Тут тебе и английский с немецким без перевода, и Стоппард с Гегелем, и Ларри Кларк, правда, в отсутствие Лени Риффеншталь. Ну умный ты, так перестань этим кичиться и засунь свой снобизм в ... (см. предыдущий пункт - Мат.) Кстати, об интеллекте. Меня всегда шокирует, когда умные люди используют выражение "растекаться мыслью по древу", что и сделал Левенталь, - еще в детстве, в советское время, я узнал, что это выражение - банальная ошибка переписчика, а правильно "растекаться мысью по древу". Мысь = белка.

- Самое главное: смысл произведения. Это ж не просто история о девочке из глубинки, которая трудилась и потому добилась. С помощью истории ее жизни Вадим Левенталь раз за разом вдалбливает нам нехитрую "истину": жизнь - бессмысленное говно, как из шкуры не лезь, никому это не нужно и ничего не дает. Дорогой автор, я прекрасно понимаю твой кризис среднего возраста, но неужели надо было все эти помои выплескивать на нас - читателей?

Угу. Как-то так.
Прочитал в интервью, что жена Вадима Левенталя не поддержала его в части содержания книги и взаимоотношений героев. Какая ж она молодец!

- И, кстати, об отношениях. Кроме как бухать и заниматься сексом герои книги мало чем занимаются. Нет, никакой пошлости, но странно как-то. И безобразно.

Правда, мне показалось, что автор хотел сказать: вот, смотрите, все данные были у Маши прожить жизнь в любви и гармонии, а она своими руками всё под откос. Типа, мы сами кузнецы своего несчастья. Не знаю, может и не показалось.
В любом случае я не жалею, что прочитал роман, но вот рекомендовать его не буду ни-ко-гда.

Я, конечно, извиняюсь, но, по-моему, это ужасно. Вот, например, цитата:

Это как понимать вообще?

Или вот еще:

Я, конечно, не эксперт, и филологического образования у меня нет, но, блин, по-моему автор вообще не чувствует язык. Извините.

Роман есть биография Художника — русской девушки-кинорежиссера («латинская» фамилия, возможно, намекает на то, что прототипом Маши была Валерия Гай Германика), чья взрослая жизнь состоит из работы над фильмами (регулярно получающими призы, вплоть до Каннского) и чередования коротких моментов любовного счастья — с гораздо более продолжительными периодами трагедии; причем с возрастом диспропорция все более увеличивается. Вокруг Маши лунами всю жизнь кружатся трое мужчин — ее школьный учитель литературы, ее школьная любовь и немолодой немецкий актер. Это, однако ж, не роман о девичьих сложностях выбора — а история о гениальном художнике, о сути искусства и о поисках абсолютной художественной истины. Об аномалии («Маша Регина» в каком-то смысле похожа на сергей-самсоновскую «Аномалию Камлаева»), которая рушит наши представления о траекториях души и границах дозволенного познания истины. О том, что жизнь — ужасно, до смешного, трагична, и тем, чье зрение позволяет видеть эту трагичность отчетливее, приходится гораздо хуже, чем обычным людям. О городских пространствах — Петербурге и Берлине, — которые могут сформировать Художника и входить в резонанс с его счастьем и отчаянием. В худшем случае в пересказе это все кажется пошлостью (за-талант-приходится-расплачиваться-несчастной-личной-жизнью), в лучшем — чем-то средним между формановским «Амадеем» и «Защитой Лужина»; на самом деле ни то ни то. Надо быть таким рассказчиком, как Левенталь, чтобы транслировать историю этой жизни.

Тут не просто «умелый рассказчик», «опытный раконтер»; тут чувствует­ся рассказчицкое, иначе не скажешь, величие; когда очевидно, что рассказчик мудрее, всеведущее, всесильнее даже своей гениальной героини — и, сам зная, что он единственный, кто может доставить ее тайну читателю, не то что не заигрывает с ним, а, наоборот, ведет себя несколько высокомерно и уж точно не унижается до выстраивания чего-то вроде «занимательного сюжета», «интриги»; это все ненужно, когда у вас есть героиня, которая заведомо трагичнее, сложнее, тоньше любого читателя беллетристики; героиня, чей внутренний мир представляет собой огромный, геометрически сложный собор, настолько пора­зительно совершенный, что каждое новое слово, каждый акустический сигнал, каждая эманация этого совершенства воспринимается как благо. У такого рассказчика есть право изъясняться длинными, в страницу, фразами; право озада­чивать ребусами, до смысла которых нипочем не докопаться («…она рассчитывала на то свойство памяти, по которому с материализацией призраков прошлого оживают (несмотря на то что призраки ничуть на себя не похожи) в абсолютной, хотя и объективированной точности наши собственные чувства — которые ей при работе над «Чумой» как раз и были нужны. Хвала вечному кенигсбергскому девственнику, мы-то знаем, что единственная хитрая рифмовка, которая тут есть, в меру сил пытается быть отголоском набоковской»); право отказаться от одной формы времени в повествовании — и использовать сразу все, попеременно («Маша ­сорвалась», «Маша срывается», «Маша сорвется»), имитируя то сухой отчет, то «художественную» биографию, то прямой репортаж, то элегию в прозе. У Левенталя слух зрелого поэта, легкие молотобойца и ум молодого математика; не остроумие, а ум именно, мудрость философа; это Мастер, настоящий, калибра раннего Битова; никогда не скажешь, что это дебютный роман человека, которому 31 год. Из Петербурга; это, пожалуй, кое-что объясняет.

Меня взорвало.
Не побоюсь сказать, что у этого романа все шансы стать новой русской классикой. Невероятный текст, который хочется есть столовой ложкой, читается легко, но в то же время отличается невероятной интеллектуальностью и в плане языка и в плане "Маша не узнала цитаты" (с). Не ведитесь на название и обложку, это не чтиво для домохозяек, это по-настоящему глубокая книга о жизни и работе ума, любви, причинах человеческих поступков, онтологии жизни и смерти.
Очень, очень.... И даже не верится, что автору чуть за 30 и это его первая книга. Невероятно также, что на протяжении всей книги не снижается стиль, напряжение, книга выдержана четко, заставляет постоянно соотносить прошлое и будущее героини, её жизнь и фильмы, которые она снимает...
Мне кажется, что для меня "Маша Регина" станет книгой, к которой я ещё долгое время буду обращаться.

Героиня Маша Регина - талантливый кинорежиссёр, упорный и настойчивый в работе, имеет тесные взаимотношения с тремя мужчинами, стремится к познанию мира через творчество (?) и не всегда понимает, что за всё в этой жизни нужно платить.

Когда я читала, со стороны могло казаться, что просто схожу с ума, - для меня Левенталь оказался глотком свежего литературного воздуха. И да - я снова купила книжку, руководствуясь интуицией и не зная о ней вообще ничего.

В общем, невероятно.... рекомендую...
Да, в интернете я встречала немало негативных отзывов, но могу поспорить, что написаны они людьми, ждущими от книжки легкого чтения, не чувствующими язык и не понимающими цитатных отсылов. Со своей стороны могу сказать, что книга написана изумительно, в духе времени и с невероятным чувством языка.

А ещё поразительно, как можно ни разу не использовать прямую речь, "вмонтировать" её в повествование, не снижая стиля и эмоционального напряжения.

Хочу пожать руку автору Вадиму Левенталю.

С претензией книжка. Только вот на что претензия? В процессе прочтения росла, крепла, захватывала, а к окончанию повествования, оккупировала сознание единственная мысль - как все искусственно. Придуманная история от начала и до конца. Любой другой роман современной русской литературы, будь то Эвакуатор или Легкая голова , кажется белее реалистичным и жизненным, чем эта поделка. А последняя глава, ради которой, на мой взгляд, и был написан весь роман, это всего лишь развернутая до объема главы фраза: "Каждый режиссер сродни Колумбу, только он знает куда должен идти корабль, в то время как вся команда упорно желает вернутся назад". Обыкновенная "бабская" история. Вот она средь неудач в любви, ваяла авторские фильмы. Когда все уходили, предавали, умирали, она - творила, с остервенненьем создавала шедевры. Книга напичкана столькими цитатами и всякими другими вещами, что непонятно ради чего это все. Автор внутри романа еще и сочиняет фильмы своей героини. Ай да автор, ай да сценарист! Но вот за всем этим детальным воспроизведением окружающего мира, иногда даже талантливого, все равно чувствуется некий расчет. Холодный, ненастоящий мир получается.

Не могу я понять, почему danilkin думает что фамилия Регина намекает на Гай Германику? Я когда увидел название, у меня первое что возникло так это королева, "Маша Королёва". Германика, по-своему признанию, порно в начале карьеры снимала, а Маша Регина какое-то замысловатое кино. Но это ладно, к делу не относится.
Философии не нашел, так отдельные кусочки по всему произведению, вкраплениями, крупицами. Но это не россыпь алмазов, а блеск алмазной пыли. История женщины тесно переплетена с историей художника, в итоге получаем историю непонятно кого. Не вызывает эта история не сочувствия, не сопереживания. К интеллектуальной литературе отнести это нельзя, простенько слишком, к женской, невозможно из-за отсутствия слез и страсти. Этакая художественная биография выдуманных существ. Не про любовь, не про творчество, не про жизнь. Про Машу, но не нашу )

Роман-дебют для меня всегда имеет особый статус, а уж тем более если уже начали проскальзывать положительные отзывы. Не помню уж кто сказал, что у каждого русского человека есть в столе по крайней мере по одному недописанному роману. Так и я – приглядываюся, сравниваю, а вот у него/неё получилось выпустить свой первый роман да ещё и так что он у меня на столе лежит. В случае «Маши» я ничего не ожидала, мне была интересна канва/стиль написания и история. Большое разочарование скажу я вам, пшик, сдутый шарик, а не роман. Начало многообещающе, в чём-то даже с моей юностью перекликающееся, а потом всё это скукоживается в какую-то пошлость, где достать бухла, с кем переспать. Типа такая увлечённая и творческая личность Маша будет заморачиваться из-за каких-то пустых мужчин. Они может и не пустые, но автор их так бледно набросал, ни сильных переживаний, ни особых кувырков мысли не вложил, что не проявлются они никак, ну просто прямо как серое пятно на старомодной фотобумаге, которую бросаешь в проявитель. Поэтому Маша на их фоне выглядит более «личностью», которая видимо в силу нарушенного гормонального баланса, не знает куда пристроить своё либидо. Плоско, предсказуемо, совершенно не интересно, ну будем надеятся «первый блин комом»..

Пронзительная история Маши Региной по ходу чтения вызывала разные эмоции и мысли, только не скуку и не отторжение.
Поэтичное начало, хоть и полное подробностей непростого существования семьи Региных в небольшом городке, вдохновляет. Девочка с явным талантом видеть суть людей и вещей и передавать это в своих рисунках, вырывается в открытый мир. Талант и неосознанная мощная потребность его реализации заставляют её жертвовать сном, уютом, здоровьем, чтобы поступить учиться, жадно впитывать красоту Питера, искусства, людей.
А дальше - жизнь, где есть не только творчество и моменты счастья, но и не совпадающие  "мы выбираем, нас выбирают",  непонимание и несозвучие  с Машей обычных людей, бытовая не защищённость.

Вычурный стиль Левенталя: поток сознания, смешение речи автора и героев, сложный синтаксис, прерываемое возвращением в прошлое или размышлениями  повествование - не мешал мне следить за линией жизни героини.
Мне как раз кажется естественным для любящего свою героиню молодого автора (написано им в 30 лет) этот рассказ взахлёб, с желанием передать мотивы, психологию её поступков.

Читала с щемящей болью в душе за героиню, иногда откладывая книгу из-за этого.

Об очень важных вещах сумел сказать автор, мудро и тонко не по возрасту. О том, что не бывает просто счастливой и справедливой к нам  жизни; что каждый в ней одинок, но ведомый мощным талантом втройне; что мы, публика, своими любопытством и домыслами часто убиваем.

Мне только не понятны два момента:
- использование иностранных фраз и монологов без перевода (если только это не снобизм, а намеренный способ обращения к своей, понимающей, читательской аудитории)
- и сложность аллюзий и умозаключений в 2-3 местах, затуманивающая смысл.