Эдип-царь

О, как бесцельна вся жизнь мимолетная,
Весь человеческий труд!

Где ты, желанная?
Смерть, я зову тебя! Где же ты?
День бесконечного отдыха,
День мой последний, приди!
Пусть не увижу я
Солнца вовек!

Ты прав: уйти скорей и позабыть –
Последняя отрада для несчастных.

Оставь мольбы и знай: спасенья нет –
Для смертного судьба неотвратима.

Стремишься ли к счастью ты, – прежде всего
Будь мудрым и воли бессмертных,
О смертный, вовек не дерзай преступать;
И верь, что за дерзкие речи
Постигнет безумца великая скорбь
И мудрости поздней научит.

Лишь в знанье
Защита нам на жизненном пути.

Эдип

Не я ли всех смертных несчастней! Увы!

Хор

Ты, чужанин, в чужой земле
Возненавидеть научись,
Что ненавидят люди здесь,
И полюбить, что любят!

Если кто мстит за обиду обидчику,
Рок никогда не карает отмстителя.
Если ж коварством ответишь коварному,
Скорбь, а не благо, тебе воздаянием.

Побудь с отцом: труды во имя близких
Не следует и почитать за труд.

Я – человек, не боле, и на «завтра»
Мои права равны твоим, Эдип.

Эдип

О милый сын Эгея! Только боги
Ни старости не ведают, ни смерти.
Всё прочее у времени во власти.
Скудеет почва, и слабеет тело,
Сменяется доверье недоверьем, –
И в чувствах не бывают неизменны
Ни к другу друг, ни к граду град, – узнают
Когда-нибудь всю горечь неприязни,
А после вновь почувствуют приязнь.
К тебе сегодня благосклонны Фивы,
Но время бесконечное без счёта
Ночей и дней родит в своём теченье,
И, рано ль, поздно ль, давнюю приязнь
Сразит копье из-за пустого слова.

Поверь, никто насильно мил не будет.
Когда твою настойчивую просьбу
Не выполняют, не хотят помочь,
И вдруг потом, когда прошло желанье,
Исполнят всё, – какой же в этом прок?
Тогда тебе и милость уж не в милость.
Таков и твой неискренний призыв:
На слух заманчив он, на деле – дурен.

Антигона

О, горе! Как спастись? О, кто поможет?
Кто – боги, люди?..

Но слабый сладит с сильным, если прав.

До самой смерти не стареет гнев,
Один мертвец не знает жгучей боли.

Непрочно всё, добытое коварством.

Ведь не в словах, а в действиях своих
Мы полагаем славу нашей жизни.

Злой умысел всегда в словах приметен…