Уліс. Частка 1

Во время сие благая она служителница прииде и ста у двери и моли их именем Исуса Господа нашего оставити козлогласование свое яко есть верху госпожа благородна носящи во чреве и ей же время родити.

Под колпаком, прикрывавшим сандвичи, на катафалке из хлеба она покоилась, последняя и единственная, одинокая и последняя сардинка лета.

Ломовики в грубых тяжелых сапогах выкатывали с глухим стуком бочки из складов на Принс-стрит и загружали их в фургон пивоварни. В фургон пивоварни загружались бочки, с глухим стуком выкатываемые ломовиками в грубых тяжелых сапогах из складов на Принс-стрит.

Деревенщина-сквайр в седле, лоснящиеся ботфорты. Славный денек, сэр Джон! Славный денек, ваша честь!.. День-денек… День-денек… Ботфорты болтаются, трусят в Дублин. Трала -лала, трала -лала, трусят.

Как добиться любви женщины. Вот это для меня. Сложив руки, произнести трижды следующее заклинание:

– Se el yilo nebrakada femininum! Amor me solo! Sanktus! Amen

Больше было бы места, если хоронить стоя.

-Кто мне выбрал это лицо? Эту паршивую шкуру пса-бедолаги? Оно тоже спрашивает меня.

- Я его стянул у служанки из комнаты, - поведал Бык Маллиган. - Ей в самый раз такое.

С женщинами надо поосторожней. Один раз застанешь со спущенными панталонами, всю жизнь не простит.

Все это – номера. Числа. Вся музыка, если разобраться. Два помножить на два поделить пополам будет дважды один. Аккорды – это вибрации. Один плюс два плюс шесть будет семь. Можно числами крутить как угодно. Всегда выйдет что-то равно чему-то – симметрия. Симмертия. Смерть.

Охальная физиономия с постной миной соборного настоятеля ( Стивен о быке миллигане)

Сквозняк с мягким шелестом подхватил листки, и они, описав голубые закорючки в воздухе, приземлились под столом.

Он видел заранее свое бледное тело, целиком погруженное туда, нагое в лоне тепла, умащенное душистым тающим мылом, мягко омываемое. Он видел свое туловище и члены, покрытые струйной рябью, невесомо зависшие, слегка увлекаемые вверх, лимонно-желтые; свой пуп, завязь плоти; и видел, как струятся темные спутанные пряди поросли и струятся пряди потока вокруг поникшего отца тысяч , вяло колышущегося цветка.

Ён ступіў крок дапераду ў контрдансе на рыплівай валовай скуры, і крок назад у контрдансе на ўрачыстай падлозе.

О, фу! Прэч адсюль. Pfuiteufel! Няможна дзівіцца, панюсю, няможна, калі дама адкрывае сваё элемэнтарнае.

Міс Дан схавала глыбока ў шуфляду ”Жанчыну ў белым”, узятую зь бібліятэкі на Кэйпл-стрыт, і ўкруціла ў сваю машынку квяцісты лісток паштовае паперы.

Зашмат таямнічасьці ў гэтым. Кахае ён тую Мэрыян ці не? Трэба зьмяніць і ўзяць што-небудзь Мэры Сэсыл Хэй.

Дыск сьлізгануў уніз па жалабку, хвілю пакалыхаўся, зьнерухомеў і падміргнуў ім: шэсьць.

Міс Дан выстукала на клявіятуры:

— 16 чэрвеня 1904.

Ему подумалось, что прогрессивное расширение сферы индивидуального развития и опыта регрессивно сопровождалось сужением противоположной области межиндивидуальных отношений.

времени хренадцатый час того утра что после ночи.