Цитаты из книги Jackaby

Когда Джекаби закончил диктовать и вышел из комнаты, я написала второе письмо: «Пожалуйста, верните Джекаби его камертон. Он становится все невыносимее». Его я отправила утренней почтой.
А вечером прибыл курьер.
Джекаби был приятно удивлен результатом.
— Во всяком случае, хоть кто-то в этом участке обладает разумом, — заметил он. — Я беспокоился, что эти болваны не потрудятся даже прочитать его, но посмотрите.
Он передал мне записку, когда вытащил камертон из обертки. Дежурный офицер написал всего три слова. Я улыбнулась, прочитав это: «Я вас понимаю».

— Это нелепое маленькое представление, устроенное вами, не должно было сработать, — сказал Джекаби.
— Не мне вам об этом говорить. — Я бросила взгляд на дверь. — Вообще-то, я немного оскорблена, что это сработало.
Он усмехнулся.
— Тогда зачем устраивали его? Разумеется, для того, чтобы получить работу, не требуется наглого обмана вооруженных офицеров.
Прежде чем ответить, я на мгновение замялась.
— Ну, не такой уж и наглый, — слабо возразила я. — Я считаю, что большинство мужчин более чем счастливы полагать, будто молодая женщина — это хрупкая вещица. Так что фактически они уже обманывались, а я просто этим удобно воспользовалась.
Он внимательно посмотрел на меня сквозь прищуренные глаза, а затем усмехнулся.
— Может быть, вы и подходите для этой работы, мисс Рук. Поживем-увидим. Держитесь рядом.

— Думаю, ваши наблюдения могут дополнить мои, но нет! — он покачал головой, концы его смехотворной шляпы болтались, пока он пытался убедить себя в правильности своего решения. — Просто подумайте, как это будет выглядеть для ваших родителей, — сказал он. — Если они узнают, что вы бросили образование и цивилизованные книги ради того, чтобы бегать по городу в поисках сверхъестественных бредней. Не говоря уже о том, как вы будете выглядеть в глазах жителей Нью Фиддлхема. Они подумают, что вы так же безнадежны, как и я. Я задумалась на мгновение, прежде чем ответить: — Я отказываюсь оценивать свои поступки с точки зрения других, — произнесла я. — Как кто-то сказал мне, другие люди часто ошибаются. Его глаза заблестели на мгновение, но он поборол искушение. — Нет, это для вашего же блага, мисс Рук. Вы останетесь здесь. Марлоу был прав. Эта работа не походит для впечатлительных юных особ. — Не хочу лишать вас иллюзий, мистер Джекаби, — сказала я, но ущерб уже нанесен. Впечатление произведено. — Я больше не хочу ждать на пороге. Я хочу охотиться на великанов и пикси, и драконов. Я хочу встретить загадочных незнакомцев на перекрестках и повернуться против часовой стрелки при лунном свете. Я хочу послушать рыб, Джекаби. Просто подумайте об этом. Я уже переписываюсь с псом, которым, должна заметить, все больше увлекаюсь. А еще я в тайне надеюсь, что миссис Непоседа превратиться в палтуса, когда все закончится, и мне не придется идти на рынок… хотя если тролль Хатун дружит с полосатой кошкой, возможно, он не захочет есть рыбу, которая когда-то была котом. Джекаби смотрел прямо на меня. — Я уже вас испортил, так ведь? — Похоже на то. — И, полагаю, нет шансов это исправить? — Ни единого. — Что ж, тогда, возможно, это все же должно быть у вас, — Джекаби вытащил из кармана коричневый конверт и повертел его немного в руках. Он постукивал им по ладони, словно задумавшись на какое-то время, но все же отдал его мне. — Не подумайте ничего такого, — пробормотал он, — это просто безделушка. Заинтригованная, я развернула конверт. Избавившись от бумаги, я улыбнулась. Это был блокнот с обложкой из гладкой черной, явно дорогой кожи. Обложка откидывалась вверх. Страницы были невероятно белыми, сверху у них крепился карандаш. Он удобно уместился в моей ладони и легко помещался в кармане. На задней обложке стояли инициалы «Э.Р.», а под ними изображена летящая птица — грач. — Стандартные полицейские блокноты сделаны из простого картона, но вы, кажется, упомянули что-то о коже. Я заказал его в небольшом магазинчике на Маркет стрит. Ах да, и это еще, — Джекаби порылся в карманах и достал увеличительное стекло около пяти дюймов в диаметре с простой деревянной ручкой и протянул его мне. — У меня есть и другие, если это не подойдет. Так же, пока мы это обсуждаем, я подумал и решил, что вы вполне можете представляться детективом. — Правда? — я засмеялась. — Я буду настоящим следователем, а не ассистентом? — Определенно, нет, — сказал он, небрежно отмахиваясь. — Характер вашей работы останется прежним. Звания, как и внешний вид, не имеют никакого значения для меня. Но если это сделает вас счастливой, называйте себя, как пожелаете. Вы уронили несколько бумаг на пол. Вижу, вы над чем-то работали. Я задумалась на мгновение и решила все-таки насладиться ею, как бы бессмысленно это не было. — Спасибо, Джекаби. — Всегда пожалуйста. Хорошо, что вы в моей команде, — из-под длинного шарфа на миг появилась улыбка. — Ну, и чего же мы тогда ждем? Берите свое пальто, мисс Рук. Нас ждут приключения!

Главный инспектор внимательно наблюдал, не вмешиваясь и не задавая вопросов детективу, пока тот кружил по комнате, осматривая ее через линзы и пузырьки, вытащенные из карманов, и даже наклонился обнюхать подоконник. Он двигался с грацией новорожденного жеребенка, старательно избегая лужи жидких улик. Наконец он допрыгал до двери, где, опустившись на колено, аккуратно провел пальцем по расщепленным отметинам на полу. Одним плавным, почти незаметным движением, он поднял одну из щепок и, как уличный фокусник в трюке с монетой, заставил ее исчезнуть, прежде чем встать.

— Плотное общение с Джекаби может быть… опасным. Вас это не пугает?
— Конечно, пугает. Немного, — подтвердила я. Похожие предупреждения я получала сегодня весь день, начиная от малоприятной женщины на почте и заканчивая инспектором Марлоу. Даже Джекаби, казалось, не верил, что я справлюсь с работой. — Но сегодня… не знаю, как это объяснить. Я так легко влилась. Все было так естественно. Как если бы я вернулась в детство и мир оказался бы именно таким, каким описан в книжках со сказками. Пожалуй, я просто забыла про страх и наслаждалась долгожданным приключением.
Дженни вздохнула и откинула голову назад. Она произнесла что-то очень тихо, и мне послышалось:
— Именно это и делает его таким опасным.