Один день в Древнем Риме

“Римлянин сказал бы нам, что, хоть мы и считаем свое сексуальное поведение свободным, на самом деле наша голова вся заколочена табличками "Запрещено".
   Начнем с самого главного, того, что составляет подлинную суть сексуальной сферы в римскую эпоху.
   Для римлян секс (в любой форме) есть дар богов, Венеры в частности. Следовательно, пользоваться этим даром — неотъемлемая и важная часть жизни, одно из жизненных удовольствий. И не только: римляне считают, что, только если оба партнера получают удовлетворение в постели, у них родятся здоровые дети.”

“Канон женской красоты на протяжении всей Античности включал "округлости", именно те, которые сегодня женщина стремится уменьшить или убрать и которые веками и тысячелетиями были для мужчины гарантией плодовитости, способности выносить и выкормить дитя. И следовательно, фактором привлекательности. (...) И достаточно сравнить каноны красоты многих стран третьего мира (...), чтобы заметить, что эта традиция жива по сей день. Материальное благосостояние практически "обессмыслило" пышные женские формы — благополучие и здоровье детей связано более не с ними, а с другими факторами. Но в голове у многих мужчин на бессознательном уровне прочно сидит "римский" канон красоты.”

“Римляне, это правда, сделали то, чего до них не делал никто: превратили казнь в зрелище. Вспомните о телепрограммах, в которых используются подлинные видеосъемки с мест аварий погонь и убийств. "Обертка" другая, но суть остается той же, что и в античные времена: страдание, смерть подается как зрелище, кровь служит для того, чтобы поднять рейтинг.
   Можно сказать шире: кино- и телефильмы со сценами насилия, смерти и перестрелок, которые сейчас можно увидеть по телевизору в любое время суток, являются современным аналогом представлений в Колизее.”

[В публичных туалетах] больше всего поражает, даже прямо-таки озадачивает полное отсутствие приватности. Нет тут ни ширм, ни занавесок, ни перегородок, которые укрывали бы человека от чужих взглядов. Все сидят на длинном мраморном сиденье друг подле друга, словно в салоне автобуса… В Риме представление о приватности сильно отличается от нашего и применимо, по сути, только к зажиточным слоям, тем, у кого есть деньги, чтобы отгородиться и жить вдали от простого народа. Одним словом, собственная уборная — это статус-символ.
(...)
Поразительно видеть, как под портиками, прямо на глазах у прохожих, как нечто само собой разумеющееся справляет нужду богатый торговец, чуть поодаль преторианец, отпущенник, молодой адвокат и так далее.

“ (...) туники, тоги, простыни погружаются в емкости, наполненные водой, смешанной с щелочами, такими как сода, смектическая, или сукновальная, глина либо… человеческая моча! На углу многих улиц, особенно около красилен, можно увидеть большие амфоры с отверстием в боку, в которые прохожие справляют малую нужду. В определенный час рабы сливают мочу, которую затем используют в прачечных. [Если вам не нравится ваша работа], подумайте о тех рабах, которые часами, подобно нашим прачкам, полощут одежду в емкостях с мочой, среди невыносимой, тошнотворной вони…”