Был однажды такой театр

Популярный современный венгерский драматург автор пьесы "Проснись и пой", сценария к известному фильму "История моей глупости" — предстает перед советскими читателями как прозаик. В книге три повести, объединенные темой театра: "Роль" — о судьбе актера в обстановке хортистского режима в Венгрии; "История моей глупости" — непритязательный на первый взгляд, но глубокий но своей сути рассказ актрисы о ее театральной карьере и семейной жизни (одноименный фильм с талантливой венгерской актрисой Ево...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,6

4 оценки

5
100%
4
0%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 4Хотят прочитать 8

Рецензии

Clickosoftsky
5 июня 2021
В трёх действиях
Пролог
— Дяр-фаш? — катая на языке непривычную фамилию, озадаченно хмуришься ты. — Чем-то известен?
— Ну как же, «Проснись и пой», весёлый такой спектакль, в советское время часто показывали по ТВ... Менглет там, Архипова, Пельтцер... Нина Корниенко, тогдашняя моя любовь...
— А, точно! Так что, он и прозу писал?..
Действие первое. «Роль». О случившемся и несбывшемся
Автор предуведомляет, что для этого романа обратился к своим юношеским воспоминаниям о театре. Но главный герой «Роли» Дюла Торш, актёр не столько божьей милостью, сколько прихотью судьбы, порядком старше автора — в 1910 году, когда начинается действие романа, ему тринадцать лет. Полно очарования и мягкого юмора описание провинциального городка, гастролирующего в нём театра, троих декораторов, которые становятся друзьями Дюлы, а потом и его «приёмными отцами», да-да, все трое, так случилось. И я совсем уж было настроилась переворачивать страницы с сентиментальной улыбкой, но повествование постепенно обретает напряжённость и драматизм, чтобы к финалу обернуться рвущей душу трагедией.
Сплетаются воедино несбывшаяся любовь Дюлы, которую он пронёс через всю жизнь, две мировые войны, странная актёрская стезя Торша. В отличие от множества других «театральных романов», главный герой «Роли» не одержим театром, не гениальный актёр, которому приходится пробиваться к признанию и пониманию — скорее наоборот: слава находит его сама, но совсем ему не нравится, потому что любимец публики Торш — жертва амплуа и... спроса, который рождает предложение. В каком-то смысле он и Лужин «от театра», и Мартин Иден... только наоборот.
Интермедия
— Так тебе понравилось?
— Не говори ты. Слёзы роняла. После финала вообще паузу пришлось в чтении сделать. Но ты не сомневайся, читай. Тем более что дальше повеселее будет...
Действие второе. «История моей глупости». Прелесть какая дурочка
Очень лёгкая, с первых страниц пронизанная улыбкой и солнечным светом повесть от первого лица, молодой актрисы Каталин Кабок, вся укладывается в один день — день премьеры спектакля, в котором Кати впервые играет главную роль. Разумеется, с флэшбэками и отступлениями, раскрывающими нам то, как главная героиня «дошла до жизни такой». Она, Кати Кабок, искренне считает себя глупышкой, но по мере действия нам становится понятно, что её в этом убедили, а на самом деле Кати наивна и предельно чиста душой. О нет, она многое понимает, но предпочитает закрывать на это глаза, чтобы картина её мира по-прежнему оставалась простой, ясной, светлой. В какой-то момент за неё становится обидно, и в то же время не знаешь, то ли сердиться на неё, то ли восхищаться ею. Возможно, «глупость» Кати — это и есть настоящая женская мудрость.
Единственная претензия к повести — она в немалой степени напоминает «Театр» Моэма. Конечно, в облегчённом варианте.
Интермедия
— Слушай, так вроде бы фильм такой был.
— Ага, я даже его видела, лет этак сто назад, ещё по чёрно-белому телевизору. Ева Рутткаи там играет. Она хороша, только, кхм, не слишком молода для этой роли: ей почти сорок, а её героине по книге — двадцать девять. Так и вспоминаешь «Квартиру Коломбины» Петрушевской: «Джульетта — это возрастная роль»...
(Смеются.)
Действие третье. «Был однажды такой театр». Концлагерь, которому не до ужасов
И вновь написанное на автобиографическом материале, причудливо сочетающее юмор, абсурд и драму.
Главного героя, мирного актёра, «берут» в самом конце войны (WWII) прямо на улице Будапешта... из-за его армейских ботинок, заподозрив в нём солдата вражеской армии. Мицуго попадает в советский концлагерь, где вскоре по распоряжению начальства создаёт любительский театр («заключённым нужны развлечения», о господи), который начинает ставить... оперетту. Обалдеть, вот честно.
Сама оперетта не классическая какая-нибудь, не Штраус и не Легар, нет: её сочиняют сами участники событий, тут же, на ходу — и сюжет, и музыку, и слова арий. Талантливых людей в концлагерь понасажали, надо признать. Узники, втянутые в действо, относятся к нему по-разному: кто-то с энтузиазмом, кто-то как к способу избежать более тяжёлых работ, но труднее всех приходится, наверное, исполнителю главной женской роли. Он не устаёт напоминать товарищам по труппе, что он боевой офицер, а не... непонятно кто :) И лишь много позже мы узнаём, какая же боль скрыта под его мастерским исполнением женской роли. Нет, к девиациям это отношения не имеет.
Удивительно, но с окончанием войны и освобождением персонажей из концлагеря действие романа не заканчивается. На каких-то полутора десятках страниц искренне и горько рассказывается история любви и смерти, вобравшая в себя несколько десятилетий. Мицуго и Вера, от которой его оторвали тогда, в январе 1945 года, на улице Будапешта — вместе, навсегда, до последнего вздоха.
Эпилог
Сборник, изданный в 1990 году, тогда же купленный и прочитанный... прочитанный, как выяснилось, почему-то на две трети («Роль» я нынче читала впервые), очень и очень хорош. Всячески рекомендую его как любителям театра и всего околотеатрального, так и ценителям хорошей прозы.
Сам автор, о котором в предисловии говорится как о живом и «действующем», к сожалению, ушёл из жизни уже в 1992 году. Хорошо, что он очень многое успел.
Надеюсь, и мне удалось продлить память о нём.
Читать далее
34 понравилось
7
441
e77446
3 июня 2021
Рекомендую!
Прочитала на одном дыхании! Книга понравилась! История любви очень необычная, интересная.

2 понравилось
0
121