Отличный, дерзкий, остроумный, и очень грустный рассказ относительно молодого Виктора Олеговича! Каламбуры и шуточки - с первой до последней строки. И безупречно сделано, еще один образчик деконструкции советского мифа. Ключевая метафора - буквальное прочтение одного из идеологически верных тезисов пропаганды, наложившееся на образное детское восприятие. А дальше, автор как будто предчувствуя, что будет понят превратно, несколько раз проговаривает, как неверно поняли современники действия его героя. Мне кажется, что боли и скорби в этом тексте больше чем стёба и издевки. PS. Мне нравится идея (не моя), что ВО при всей его нелюдимости и затворничестве часто появляется в своих текстах в лице какого-то персонажа. Шарабан-Мухлюева во вселенной TRANSHUMANISM INC. , например. В таком случае, Кика тоже определенно имеет черты альтер-эго писателя, со всеми вытекающими. Включая побег от интерпола :-)

Второе произведение из цикла Диалектика переходного периода (из ниоткуда в никуда) и двенадцатое произведение из серии RELICS: собрание ранней прозы.

Насых Насратуллаевич Нафиков по прозвищу Кика из-за своей любви к этому каналу, который он смотрел постоянно (в связи с незнанием немецкого языка наняв двух круглосуточных переводчиков-синхронистов - Урима и Туммима), - философ, выступавший в ток-шоу в связи со смертью одного из героев книги Виктор Пелевин - Числа (а также, как выясняется, владелец компаний, являвшихся клиентами банков, принадлежащим двум героям "Чисел") - сын

крупного партийного бонзы в Татарстане; в момент своей смерти – нефтяного магната, успешно обменявшего партийную ренту на природную.

Он

родился в Казани, но вырос в Европе. Его ранние дни – время, когда формируется скелет личности, – проходили сначала в англоязычных садиках, а затем в космополитических школах для детей дипломатов.

После смерти отца, убитого Александром Солоником, Кика становится

богатым человеком – очень богатым, по меркам любой страны.

Он поселяется во Франции и, развивая своё философское образование, полученное в Сорбонне, приходит к выводу, что заработанные для себя и владельца средств производства и не потраченные заработавшим человеком на то, чего ему хочется, деньги становятся ископаемыми природными ресурсами – то есть тем, что добывается и используется по своему усмотрению другими людьми. Железные дороги, фабрики, заводы, построенные советскими людьми, превратились в ископаемые, добытые и перекачанные на западные банковские счета силовиками и получившими от них в управление активы, которыми силовики не умеют управлять, поскольку их основная задача — охранять активы от народа — олигархами.

Жизнь шахтера-стахановца тикает в бриллиантовых часах «Картье» или пенится в бутылке «Дом Периньон», распиваемой на Рублевском шоссе.

Нафиков решает вернуть ископаемые деньги на родину.

Пелевин, как всегда, умнее всех умных. Это ведь так очевидно, что всё, что остаётся после твоей смерти - это деньги, заработанные и не потраченные тобой - в виде как наличных и безналичных средств, так и произведённых тобой для кого-то продуктов. И тогда становится понятно, почему русский человек не любит трудиться: очень надо, если правила игры постоянно меняются и нет никакой уверенности в том, что ты сможешь оставить что-то своим детям. То у тебя то помещики заработанное отберут, если ты крепостной, то тебя раскулачат, если ты зажиточный крестьянин, или убьют, если - аристократ. То партия присвоит прибавочный продукт, выдавая тебе то, что считает нужным, а основной объём заработанного народом распределяя по плану. То деноминацию проведут, чтобы отобрать деньги у населения, то девальвацию, то приватизацию, раздав олигархам созданное советскими людьми, а то, наоборот, огосударствление, отобрав бизнесы, созданные с нуля частниками. А оседают результаты труда дорогих россиян ( Илья Кабанов - Дорогие россияне. Рассказы ) всё равно в карманах дорвавшихся до власти последователей социал-дарвинизма.

Очевидно-то очевидно, но до этого не додуматься, если ты не Пелевин. Собственно, тем его книги и дороги - возможностью самообразования.

Рассказ восхитительно начитан Всеволодом Кузнецовым.

Продолжаю слушать. Тут совпала бесплатная подписка на Литрес и обнаружение серии аудиокниг Пелевина. Так что решил пока послушать хотя бы коротеньких вещиц, до чтения которых я никогда не добрался бы.

В данной повести, опубликованной 20 лет назад, уважаемый ВОП остается верен себе: вечная тема денег как некоей метафизической крови нашего мира и дикий постмодеристский стеб, на этот раз – над некоторыми постулатами отцов-основателей французского постструктурализма, всех этих Борийяров и Деррида, от которых у любого морально здорового человека сводит скулы.