Женское счастье (рецензия vivace)
Замечали, какими таинственными путями, книги порой приходят к нам? Так порой в тёмном переулке, к нашей ноге вдруг приласкается чумазый и озябший.. не то котёнок, не то бесёнок, и вы вдруг вскрикнете: Саша! Это ты?? Что с тобой стало! Давно тебя не видела… как ты опустился. Грязный весь, щетина, усы… хвост. Шутка. Ну, почти. Это моя заветная мечта, которую я укачиваю и лелею по ночам, у груди, как ребёночка: кто-то мечтает побывать на Мальдивах, кто-то мечтает стать чудесным музыкантом, писателем, или найти любовь всей своей жизни, прекрасную работу, или мечтает о Рае после смерти, где всё блаженно возможно, и общение с Достоевским и полёты к далёким звёздам, с Лаурой…
А я… я… мне даже стыдно это выговорить, мою заветную мечту: друзья будут смеяться, ангелы — улыбнуться крыльями, размером с улицу: чеширская улыбка целой зимней улицы, в конце которой, с заснеженного клёна, взлетит одинокий грач. Христос, если услышит мою мечту, грустно улыбнётся Будде и перекрестится (Будда). Дело в том… что я мечтаю, после смерти — стать простым пегим котёнком и приласкаться в московском парке, к милым ножкам моего смуглого ангела, с которым я давно расстался. Это моё счастье. И если это единственная возможность, быть вместе, нам, то почему бы и нет? Зачем мне рай, Мальдивы, бессмертие души?
Я бы каждую ночь спал в постели моего смуглого ангела, в её милых ножках, под одеялом так сладостно похожих на сложенные крылья. Вместе с нами, спал бы её любимый мужчина… и он бы нас не ревновал. Я бы уткнулся весёлой и озорной мордочкой, в тёплую, карюю подмышечку смуглого ангела, а её любимый… даже не стал бы меня ругать, а просто погладил бы за ушком (меня, разумеется, а не смуглого ангела, и не себя). Это у людей, считается отклонением и извращением, если человек кувыркается на полу, с милыми карими трусиками женщины, похожими на мадагаскарскую летучую мышь, а если котёнок с ними кувыркается на полу.. женщина просто улыбнётся и скажет: мой непоседа…
Да, странно к нам приходят книги, по своим «неведомым дорожкам». Я выбирал, какую книгу мне прочитать вечером, томясь по моему смуглому ангелу. Получил маленькое письмо от ангела (я нормальный). Всего пол строчки, не письмо — а улитка на ладошке ( ;\) В такой домик улитки, хочется спрятаться озябшей душой. Но не помещусь туда весь: всего пару слов… Нужно чем-то пожертвовать: судьбой? Счастьем? Надеждами? Телом? Душой даже… в такой «домик» может влезть, разве что всего одно слово — Люблю.
И ведь если моё слово, словно призрак-вор, призрак-домушник, влезет в окошко моего ангела, она даже не поймёт, что это — я, просто одно слово: люблю. Это мог ей признаться в любви, её любимый человек, или дворник, или официант в кафе, или… озябший котёнок в тёмном переулке, тоже, озябшем, и влюблённом в неё (о мой смуглый ангел.. знаешь ли ты, что в тебя влюблены все московские переулки?). А если я, то есть — Люблю, буду влезать в её «домик», задом, как это бывает у улиток, то мой смуглый ангел, перепугается и закричит, подумав, что к ней лезет ночью, в окно — турок: если прочитать «Люблю» наоборот, то похоже на турецкое имя: Юльбюль. Оглы… Боже мой.. турок, приласкается к милым ножкам моего смуглого ангела. Как тут не испугаться? Даже я бы, испугался. Если бы турок ко мне так приласкался..
Так вот, выбирал себе книгу на вечер. У меня есть нарниев шкафчик, где томятся, как у падишаха в гареме — множество очаровательных девственниц: мои книги, купленные, но не прочитанные. Я иногда гадаю на них, стоя на коленях, как в молитве, запуская руку в тёмный шкафчик и не глядя, «вылавливая» что-то. Например, загадаю: боже… будем ли мы вместе с моим смуглым ангелом? Я вытаскиваю книгу: Идиот, Достоевского. И я думаю с грустной улыбкой: что она тут делает? Я её читал уже 2 раза.
Иной раз гадаю на своей судьбе и в страхе думаю: вот копаюсь я с закрытыми глазами в шкафчике тёмном, а вдруг.. я сейчас вытащу какого-нибудь.. лягушонка? А вдруг там, в шкафчике моём, за томиками Кавабаты, Дафны Дюморье, спрятался худенький и перепуганный домовой, вобрав животик и грудь, в себя, боясь моей исполинской руки, шарящей рядом? Было бы здорово: любит ли меня мой смуглый ангел? И тут я вытаскиваю перепуганного барабашку, пушистого и милого, держа его за левую ножку, и правая ножка его отклоняется в сторону, не то робко улыбаясь, не то совершая побег.
Перед тем, как войти рукой в ласковый Аид моего шкафчика, я как раз думал о письме моего смуглого ангела, и что хорошо было бы спрятаться в него, как в домик улитки. На моём лице, словно бы завёлся барабашка: губы улыбнулись нервно и задёргалась венка под правым глазом, и ухо моргнуло: ну, думаю, началось. Не вытащить бы ещё раз, Идиота, Достоевского. Это был бы знак. Особенно, если ты точно знаешь, что его там нет. Мне повезло. Мне и смуглому ангелу. Идиота я не вытащил, зато вытащил… за ногу, Ирину! Ирину Одоевцеву. Бежевый томик её рассказов. На удачу, открыл томик, словно вся моя судьба зависела от этого. Перекрестился, продолжая стоять на коленях, и прошептав, — с богом, открыл глаза и прочитал: улитка..
Вот она, судьба. Это невероятно, такое стечение обстоятельств. Такая удача. Если бы я в этот миг пошёл в казино, с таким космическим зарядом энергии… я мог бы выиграть несколько миллионов. Я бы потратил его на миллион алых роз! Весь подъезд моего смуглого ангела в Москве, был бы в розах, и все 23 этажа и даже лифт. Даже чуточку жалко, что я не пошёл в этот день в казино.. Моё первое знакомство с рассказами Ирины Одоевцевой, которую мы все знаем, как одну из лучших мемуаристок Серебряного века.
Скажу сразу: рассказ разбил моё сердце. Не рассказ, а сказка для взрослых. Жила себе девушка, со странным именем — Улита. Почти — улитка. Разве с таким именем может быть счастливая жизнь? Вам никогда не казалось, что след от слёз на лице, похож на след от улитки? Страшно это. Лежишь в темноте, плачешь.. а по твоему лицу словно бы ползают улитки, словно.. фантомное счастье, призрачных поцелуев. Хорошо, что у Улиты не было этих мыслей, и это только мои мысли… моя боль и тоска по смуглому ангелу, в ночи.
Кстати, я установил телепатическую связь с героиней рассказа — Улитой. А может и с Ириночкой Одоевцевой. Не смейтесь, я был трезв. Но вы наверно и сами замечали у себя, эту мистику, во время чтения. Она очень редко бывает. На первой страничке рассказа, Одоевцева пишет, что её героиня, работала швеёй, и потому страдала глухотой. Она была одинокая женщина сорока лет. И мне вдруг представился странный образ, который невозможно было угадать или набрести на него — нечаянно: мне представилось, что героиня и я, как бы вместе с ней, тихо погружаемся под воду, взявшись за руки, и голубой шум мира над нами, доносится до нас, как то матово, отстранённо, как намокшее под дождём письмо, где ты читаешь долгожданные строчки, от любимого человека, и некоторые слова уже не можешь понять: я тебя… (синева).
Мне без тебя так… (слово, похожее, не то на котёнка, медленно превращающегося в Травку, не то на бога, или боль). И что вы думаете? В конце рассказа, главной героине снится сон, где она погружается на дно моря… Впрочем, в каждой мистике, есть свой разумный исток: просто моя жизнь, точно так же погружается на дно моря. Иногда кажется, что я погружаюсь туда — днями, месяцами, годами. В темноту, глубину.. и в этой космической тьме, моих бёдер, плеча, рук.. время от времени, касаются плавники, не то акул, не то милых рыб из созвездия Ориона, не то крылья ангелов, не то… письмо моего смуглого ангела, похожего на плавник удивительной рыбки.
Жила себе девушка… которая уже ни на что не надеялась в жизни. Ей уже сорок. Она некрасивая, глухая, в очках. Только в сказках, с такими случается чудо, и в них влюбляются. И тут… хотите верьте, хотите, нет, но уже Ириночка Одоевцева установила со мной телепатическую связь: а может она в раю, просто взяла на руки — пегого котёнка-непоседу, которым я стану в следующей жизни? В раю ведь нет времени.. Героиня рассказа, описывает свой ад жизни.. ад своего одиночества, в тех самых выражениях и образах, которыми я, так часто, описываю свой ад. Да не описываю даже — касаюсь его, каждый день. Словно вся твоя жизнь и судьба, уткнулись в чёрную гладкую стену. И нет возможности жить. Знаю, так многие думают о себе, в печали и отчаянии, одиночестве.
И всё же это не совсем Та стена, о которой я говорю. Даже в самом мрачном одиночестве и отчаянии, люди не замечают, что у них, всё же есть «шаг в сторону», шаги в строну, где они могут набраться сил, возобновить силы, для ада. Боже… большинство людей, даже не представляют в своём аду, что это ещё не ад, далеко не ад: у них есть привилегия и роскошь, ступить в сторону.. от ада: к милым ли друзьям, в путешествия, в сторону здоровья, в сторону общения с родными и близкими. Даже сама возможность того, что ты знаешь, что завтра проснёшься, уже есть такой «шаг в сторону». А значит — маленькое счастье. Но страшно, когда уже нет возможности даже пошевелиться, и тёмная стена словно не рядом с тобой, а как потолок, опускается не тебя, придавливая к земле. К стене.
И вот, однажды, на работе, Улите принесли газетку. С ней работали, сплошь молоденькие девушки, счастливые, даже без счастья, вечно смеющиеся. Это ведь отблеск рая? Быть счастливым, даже без счастья? Не сразу ведь понимаешь, что уже сама молодость, есть некий ангел-хранитель наш и связь наша — с богом и небом. Девушки-ангелы, овеянные улыбками, словно сиянием, принесли ей газету и сказали: это для тебя, Улита! В газете было объявление: Ищу прекрасную душу. Возраст и внешность не важны..
А может и правда, я ещё не умерла для счастья, — думает Улита, — и всё ещё возможно? Боже.. как это страшно: умереть для счастья! Улита выразилась иначе, просто мне так «послышалось» — акустика моего ада. Мы как-то не задумываемся, что умереть для счастья, намного страшнее, чем просто — умереть. Ты — умер, и тебя уже нет. Нет боли, ни счастья, ничего уже нет. Почти как на пляже в Алупке. А когда ты умираешь для счастья… что-то в тебе ещё продолжает жить, но большая часть тебя, уже умерла. Большая часть твоей судьбы — в сумерках и полярной тени вечной ночи, и ты обнажённой частью бессмертия (все слышали, про обнажённую душу.. это даже романтично звучит, почти, но мало кто слышал, про обнажённое бессмертие: это как содранная кожа души, и в отличие от «бескожих» людей, которым, на самом деле, есть чем прикрыться в жизни, с обнажённым бессмертием, прикрыться уже — нечем, и ты словно бы ощущаешь загробный холод звёздных пространств, которые могут тебя опалить, даже в красоте стиха, улыбке незнакомки в парке, в расцветшей сирени...) касаешься жизни… так странно похожей на смерть. Если бы люди, с обнажённой кожей бессмертия попали бы в ад или рай, они бы уже ничему там не удивились.
Чем чёрт не шутит? Или бог? Улита подумала, что в жизни возможно всё. И она написала письмо. Кому? Может в газету написал.. ангел? Настоящий ангел? Может раз в 50 лет, ангелы дают объявления в газете и ищут родную душу? Почти также, я встретил тебя, о мой смуглый ангел, помнишь ли ты тот апрельский вечер, и твои первые слова, начавшиеся как в сказке, со слов: я люблю… Я точно знаю, что у 99 % людей, знакомство не начинается со слов любви, с первых же слов, с зацветшей сирени слов… даже в самых романтических фильмах и сказках. А у нас с тобой.. началось именно так. Разве это не был знак?
Улите пришло ответное письмо. С фотографией. Красавец! Он писал, что получил много писем, но именно её письмо, он выделил. Ещё бы.. она вложила в него, всю свою жизнь, всю свою надежду, боль!! Говорят, что чайная ложечка нейтронной звезды, на Земле, весила бы как целая улица. Думается мне, что есть письма… стихи, которые весят, как ангелы. Многие даже могут не найти в них ничего прекрасного… потому что «взвешивают» по земным законам. Потому что.. «располнели» от земного счастья, а попросту — зажрались.
Для Улиты, в пустоте её жизни, в тёмной стене, словно бы пробилась травка, из сияющей трещинки. Боже мой.. как я радовался за неё! До слёз! Особенно, когда она шла по улице с письмом от своего ангела, держа его на виду, словно это её крыло! Её обнажённое счастье! Доказательство.. что она не умерла ещё!! Жива!!! Так женщины порой, в пору лунных фаз, нежно округлившегося в беременности, животика, гордятся им, словно бы стала видна их душа и счастье.
Ангел в письме, робко попросил её.. фотокарточку. И тут, травка в трещинке стены, превратилась в аленький цветочек. Сияющая трещинка стала зарастать на тёмной стене, как шрам. Меня порой посещают развратные и странные мысли. Для людей — развратные, но я… не совсем человек, потому как, если большая часть тебя, уже умерла (в смысле судьбы и души), ты уже не совсем человек: ты больше — травка, ласточка, сирень… котёнок, даже, стихи на заре. У меня была мысль: сделать себе на груди, разрез, шрамик, и положить в ранку — милый карий волосок смуглого ангела, или её ноготок..
Ах… мой смуглый ангел не верит, что я её безумно люблю, а между тем, её любимый человек, тот, кто с ней рядом, даже внимания не обратит на ноготки, которые она подстригает на ножках милых или на руках, на те милые ноготки, похожие на фазы первой луны по весне, а между тем, для меня, они — чудо, и святыня, и я бы с блаженной радостью спрятал их у себя на груди.. в груди, в романтическом и живом медальоне уютного шрамика, (такой медальон не снился и сёстрам Бронте!!), и в нём бы просвечивались в алом свете, словно распятые мотыльки в янтаре — «осколки» ногтей смуглого ангела, или его карие волосики… и не важно, с головы, или из иных, не менее сладких мест. Я как-то с детства привык, что таких мыслей нет у других людей, что меня считают ненормальным, или развратником. А я просто… с детства предчувствовал встречу с самой прекрасной женщиной на земле: московским ангелом на 23 этаже.
Улита пришла к фотографу и робко спросила, по-женски, как порой женщина подходит вечером к зеркалу: миленький.. а можно.. снять меня, покрасивей? Он спросил её: а раньше, тот, кому предназначено ваше фото, видел вас? - Нет. - Ну.. тогда попробую что-то придумать.
И придумал. «Портрет» вышел прекрасный. Только это была не совсем Улита. Без очков, более молодая и красивая. Улита даже ахнула, когда увидела себя.. на фото. А может, она и правда, такая? Чудесный момент. Мы ведь и правда не знаем — какие мы. Если бы мы вдруг увидели фото нашей души, или судьбы.. нашей, мы бы узнали себя? Если бы моя судьба подошла ко мне в тёмном переулке и спросила… как пройти в библиотеку, я бы вскрикнул, и упал бы в обморок. Или с ножом под ребром, упал (один из нас).
А может у Улиты, такой некрасивой на вид — удивительно прекрасная душа, ангела? Как Лебедь, в сказке. Может.. тот фотограф, был ангел? И он сфотографировал — душу? Ах.. если бы мужчины могли видеть душу женщины, их боль и одиночество!! Кстати, важный момент символики: дома у Улиты, было старое и зеленоватое зеркало (как заросший ряской, пруд?), покосившееся, и когда она ехала на поезде к своему ангелу, в туалете было кривое зеркало: это кривизна - безумной и злой жизни, в которую так часто смотрятся наши обиды, разум, страхи, мораль.. смотрятся в это злое и тёмное зеркало, но не на то, что оно отражает!!! Не на оригинал!!
Улита собрала все свои вещи, словно крылья, сложила в чемоданчик, и поехала на поезде, к своему ангелу, на побережье. Господи.. она уже была согласна, быть с ним, даже если он.. инвалид, или некрасивый…. а тут, она видела сама, что на фото он — ангел! И он любит её, зовёт её к себе! Разве так бывает в жизни? Разве это не чудо, не менее чудесное, чем мироточение икон, или расцветшая посреди зимы — веточка сирени? Улита сидела у окошка в поезде и улыбалась своему счастью, словно она ехала.. в рай, на нежно заблудившемся поезде. А мне было безумно страшно, до слёз в горле, страшно.
Словно я медленно шёл на казнь, вместе с Улитой. Ну не может такое чудо быть в жизни!! Это почти так же невероятно и блаженно, если бы смуглый ангел снова вернулся ко мне, поверив, как я беспредельно её люблю, люблю так.. как люди боятся любить. Человек уже умер, его судьба умерла, и вдруг.. он словно воскресает! Это же как доказательство бога! Быть может любовь… это единственное доказательство бога? Сердце, замёрзшее в космическом холоде жизни, и отогретое в любви — это ли не живое доказательство рая? А иного рая, быть может и нет, и не будет, да и не нужен никакой рай!!
Господи, как мне было страшно за милую Улиту! Я даже прервал чтение рассказа и вышел на балкон перекурить, хотя я давно уже бросил курить. А вдруг.. это её молодые и вечно смеющиеся подруги по работе, так подшутили над ней, и сами дали объявление в газету, фотку вставили — какого-нибудь актёра итальянца? Это было бы жестоко!! Улита бы не выдержала этого ада. Это ещё страшнее, чем умереть после смерти, оказавшись в раю, вдруг понять, что никакого рая и бога — нет, а после смерти есть лишь выжженная земля и скошенная, жёлтая трава, по которой невозможно без слёз, ступать босиком. Женщина ведь вложила в своё письмо и поездку… остатки своей судьбы и надежды, души. Всё что наскребла… по тёмным уголкам души.
Если умирает надежда, то человек умирает как бы внахлёст. Я это точно знаю, хотите верьте, а хотите, нет: когда умирает надежда, это ещё страшнее, чем смерть человека, словно бы в тот же миг, обрывается ариаднова ниточка-пуповина в вечности перерождений, и душа человека умирает и через 200 лет в Индии, в образе ласточки, и в образе поэта, через 400 лет, в Италии.. словно Разом, гибнет вся расцветшая веточка жизни, просиявшая в веках: вот что значит, смерть надежды. Быть может даже ангелы на небесах, очень даже могут могут пережить смерть человека, но не могут пережить смерть надежды, ибо это самая глубинная и экзистенциальная рана, проникающая до мяса души и бессмертия. Хватит ли у вас силы души, дочитать этот прекрасный рассказ до конца? Верите ли вы в любовь и чудо любви, которые выше — самой жизни?
50 понравилось
