Цитаты из книги Selected prose

"Тут не до веселья, --сказал один из них. --Жизнь устроена для богатых, а не для таких бедняков, как мы. Лучше бы мы замерзли в лесу, или нас задрал бы шатун." "Ты прав, --ответил второй, -- у одних все, у других - ничего. Вокруг одна ложь, и все, кроме горя, делится несправедливо."

Лорд Огатус. ... встретить женщину, которая до конца тебя понимает, - это великое дело. Дамби. И к тому же опасное. Такие женщины в конце концов всегда на себе женят.

Жизнь слишком важна, что бы рассуждать о ней серьёзно.

У всех у нас есть идеалы. Или должны быть.

Дамби. Все называют опытом собственные ошибки. Сесил Грэхем. Не надо их совершать. Дамби. Без них жизнь была бы не жизнь, а сплошная скука.

Воспитывать человека - опасное дело…

Люди сейчас смотрят на жизнь как на азартную игру. А жизнь - не игра. Жизнь - таинство.

... каждому иногда нужен друг.

… сейчас в обществе столько самодовольных людей притворяются хорошими, что притворяться плохим - это, по-моему, проявление милого и скромного нрава.

– Не покидайте меня, мисс Вирджиния! – воскликнул дух. – Я так одинок, так несчастен! Право, я не знаю, как мне быть. Мне хочется уснуть, а я не могу. – Что за глупости! Для этого надо только улечься в постель и задуть свечу. Не уснуть куда труднее, особенно в церкви. А уснуть совсем просто. Это и грудной младенец сумеет.

Сесил Грэхем. Что еcть циник? (Усаживается на спинку дивана.) Лорд Дарлингтон. Это человек, который всему знает цену и ничего не ценит. Сесил Грэхем. А сентиментальный романтик, дорогой мой Дарлингтон, это человек, который во всем усматривает какую-то дурацкую ценность и не знает, что почем на рынке.

А не прошло и года, как он уже бегал за каждой юбкой - любого цвета, любого фасона, любой материи.

Идеалы - опасная вещь. Факты безопаснее. Они ранят, но все же не так опасны.

мы все барахтаемся в грязи, но иные из нас смотрят на звезды.

«Я могу противостоять всему, кроме соблазна» (с) О.Уайльд, «Веер леди Уиндермир»

Трудолюбие мне ни капельки не симпатично. Я всегда был уверен, что тяжелая работа – удел тех, кому больше нечего делать.

— О его существовании известно уже добрых триста лет, — а если быть точным, с тысяча пятьсот восемьдесят четвертого года, — и оно неизменно появляется незадолго до кончины кого-нибудь из членов нашей семьи. — Ну, лорд Кентервиль, домашний врач тоже всегда появляется в подобных случаях.

Пальцы его были холодны как лед, а губы жгли как огонь.

Он оперся головою на руки, и весь облик его говорил о крайнем отчаянии.