Цитаты из книги Nineteen Eighty Four

Но гораздо более важная причина постоянной фальсификации истории состоит в том, чтобы обеспечить дальнейшее пребывание Партии у власти, обеспечить ту самую непогрешимость ее.

По отношению к члену Партии это слово [чернобелый] означает его готовность назвать, когда того требует партийная дисциплина, черное белым. Но не только назвать — верить, что черное есть белое, более того, знать, что черное есть белое, и напрочь забывать, что когда-то ты верил в обратное.

Правящий класс до тех пор правящий, пока он может назначить своих наследников.

С точки зрения новейших групп, собравшихся захватить власть, равенство людей стало уже не идеалом, к которому надо стремиться, а опасностью, которую следует предотвратить.

Возникли философские учения, которые утверждали, что история развивается циклически, а неравенство — неизбежный закон человеческого бытия, который отменить невозможно.

Но ни материальное благо, ни смягчение нравов, ни реформы и революции не приблизили человеческое равенство и на миллиметр.

Они [правящие группировки всех трех держав] посвятили себя завоеванию мира, но вместе с тем прекрасно знают, что война должна быть без конца и без победы.

...условия жизни во всех трех сверхдержавах очень похожи. В Океании государственная философия называется Ангсоц, в Евразии — Необольшевизм, а в Востазии носит китайское имя, которое переводят обычно как «Поклонение смерти», но точнее говорить «Уничтожение личности».

Насколько он помнил, его ни разу не беспокоила мысль, что сделанное — каждое слово, сказанное в диктограф, каждая строка — откровенная ложь. Как и всех в Отделе, его волновало только одно — подделка должна быть первосортной.

Он долил бокалы и поднял свой. — За что теперь? — сказал он опять чуть иронически. — За то, чтобы обмануть Полицию Мысли? За то, чтобы умер Большой Брат? За человечество? За будущее? — За прошлое, — сказал Уинстон.

— Вам придется научиться жить без надежды, жить, не видя результатов своих трудов. Вы просто будете делать дело, затем вас схватят, вы признаетесь, а потом умрете.

— [Факты] ведь можно восстановить, можно вытянуть из тебя пыткой. Но если твоя цель не в том, чтобы выжить, а в том, чтобы остаться человеком, какая разница, как это в конце концов делается?

Они [пролы] хранили не преданность Партии, стране или идее, а верность друг другу... Пролы остались людьми. Они не ожесточились. Они сохранили исконные человеческие чувства...

Вам не открылась красота уничтожения слов.

От слов "Я вас люблю" нахлынуло желание продлить себе жизнь, и теперь даже маленький риск казался глупостью.

Ему захотелось, чтобы они были мужем и женой, женатыми уже лет десять. Захотелось пройти с ней рядом по улице, но открыто, не таясь, говорить о разных разностях и покупать всякие мелочи для дома. А больше всего он хотел, чтобы у них было свое пристанище, где они могли бы уединяться...

Если ты любишь кого-то и если тебе уже нечего ему дать, то ты все равно можешь дарить ему свою любовь.

Если соблюдать мелкие правила, то можно нарушать важные.

Последствия каждого поступка – составная часть самого поступка.

Только потому, что предпочитаю действие бездействию. В игре, в которую мы играем, нам не одержать победу. Просто какие-то поражения лучше других, вот и все.