Послание госпоже моей левой руке

Юрий Буйда, пропавший с литературного поприща на несколько лет, вернулся неожиданно и, как всегда, блистательно. Хотя, ожидать чего-либо другого от писателя его уровня и не стоило. Его проза будто сочетает те многие литературные направления, а учитывая их частые тонкость и вяловыраженность, можно сказать, - веяния, что на протяжении вот уже многих десятилетий колеблют живое полотно русской литературы. Здесь и Платонов с его прозрачными размышлениями о жизни и Вечности (рассказ "Одиннадцать Шагов"), и Битов с его постмодернистскими играми, самокритикой и резкими литературоведческими вставками ("Люди-на-острове"), и даже Сорокин с цепкими аллюзиями на нашу непростую историю и двусмысленным упоминанием Кремля ("На Красной площади"). Юрий Буйда объединяет всё это в единый мягкий поток, текущий сквозь шелест страниц и времени...

Тем не менее, "Послание госпоже моей левой руке", пожалуй, самое необычное и в определённом смысле неудобоваримое произведение Буйды. Примерно треть книги отведена разнообразным эссе (а не художественным рассказам), носящим то культуроведческий, то социологический, а то и вовсе теософский характер. Вообще, религии в книге отведена крупная роль. Людям, не интересующимся теологией, рассуждения Буйды, тяжело нагруженные неясными отсылками и малоизвестными именами, могут показаться нудными.

Также удивляет живой плюрализм автора. В одном рассказе главный герой рьяно отстаивает одну точку зрения, в следующем же - уже меланхолично и размеренно - автор размышляет и приходит к совершенно противоположным выводам. Некоторых такая неопределённость раздражает; лично мне говорит о таланте и разноплановости автора.

И всё же, начинать знакомство с творчеством Юрия Васильевича именно с этой книги не рекомендую. Но, тщательно "вникнув" в автора и решив, "твоё" это или "не твоё" - смело можно приступать и к этой книге (при наличии желания, конечно). Мне "Послание госпоже моей левой руке" показалось самой его оригинальной, вдумчивой и, смею сказать, пока что лучшей работой.

Наверно, неправильно начинать рецензирование одного из любимых авторов с последней книги. Но что поделать — чтобы отозваться на на какой-нибудь Яд и мёд , нужно его перечитать, потому что к старости мартышка стала слаба не только глазами, но и мозгами. А «Послание...» — вот оно, в руках лежит. После вышеупомянутого Яда и мёда я ожидала, разумеется, разочарования — настолько мощным, цельным и захватывающим вышел этот сборник, не попавший* в шорт-лист «Большой книги» этого года только по какому-то нелепому недоразумению. После такого успеха невольно ожидаешь если не провала, то спада. Но «Послание...» не разочаровывает. Оно другое: неспешное, нелинейное, заставляющее остановиться, отдышаться и подумать после каждого рассказа. И на первый взгляд крайне неоднородное — рассказы бывают на полстраницы, на несколько страниц и на несколько десятков — почти повести; сугубо художественные — с сюжетом и прочими обязательными атрибутами, созерцательно-зарисовочные и философские эссе… Примерно до середины преобладают художественные рассказы, далее вполне ощутимой границей проходит объёмная — 62 страницы! — поэма в прозе «Птичье Древо», а после идут полуисторические зарисовки в сопровождении философских рассуждений. И если первая часть сборника неизбежно напоминает читателю не только художественным методом, но в первую очередь интонационно творчество то Борхеса, то Кортасара**, то вторая утягивает в историю философии и исподволь её преподаёт — впрочем, в щадящей современный рассудок форме «с примерами». Назвать свой «любимый» рассказ из «Послания...» я бы не взялась, но квинтэссенцией его для меня стало «Искусство моря». Рассказ из второй, философской части, он лишён сюжета как такового и построен в форме инструкции, как обращаться с морем. Если точнее, то не с морем, конечно, а со своим сознанием. Обращению с сознанием вообще посвящено немало рассказов сборника, но именно в этом есть остроумная, лаконичная форма с точным образом, который пришёлся мне по душе. Малая проза — это вообще бушующее море, и в противовес роману-реке, где можно просто отдаться течению — и оно тебя куда-нибудь вынесет, здесь нужно уметь плавать. Плавать в этом литературном море я люблю и делаю это неплохо, но за морским жителем Юрием Буйдой мне, разумеется, не угнаться. Так что, пока автор мыслью бежит вперёд по сборнику, я переворачиваюсь на спину, распластываюсь морской звездой, закрываю глаза и отдыхаю. Слушаю море, учусь его искусству — а потом с новыми навыками на покорение новых волн. ____________ * Попал бы, к слову, его можно было бы читать бесплатно на Bookmate с июля по ноябрь совершенно легально, и это было бы действительно ценным подарком для читателей. Всё-таки подобная литература должна быть доступна каждому хотя бы несколько месяцев в году — иначе как этот каждый до неё доберётся? **Автора иногда ещё сравнивают с Маркесом, но я с этим не согласна. По поводу других произведений могла бы ещё поспорить, но в «Послании...», конечно, ничего напоминающего о Маркесе нет.

Дорогая Алиса! Я снова прочёл книгу о тебе. Я постоянно читаю книги о тебе — таково твоё проклятье, или моё, не знаю — но здесь меж строк точно мелькает твоя пятка (твоя правая нога из Паркетного царства), её ни с чьей нельзя перепутать. Кому, как не тебе, знать цену сказкам? Здесь всё не такое, каким кажется, здесь нужно читать со всех (глаз?), чтобы только оставаться на месте, а чтобы продвинуться — нужно что-то большее. Тут каждый персонаж — фигура, для которой, как выясняется, найдётся место в эндшпиле, и только ты сам (сама?) выбираешь, следить ли за игрой или наслаждаться игрой (слов). А развлечений здесь достаточно! По выбору (уж точно не твоему) ты можешь превратиться в кого угодно — хоть в рыбку, хоть в цветочек, хоть в фонтан слёз! Твоя Дина, должно быть, будет по тебе скучать, но сама виновата — могла бы хотя б попробовать летучую мышку. Загляни за зеркало или хотя бы за край гравюры — в чудный сад на краю Канавы, и постарайся только не потерять голову при виде Ореховой Королевы. Но помни: в полночь всё вернётся к началу — закольцуется. Это же всего-навсего стопка книг! Алиса, ты так выросла со времён последнего уменьшения.