Богатство

На подводных лодках есть только участники, но очевидцев, увы, не бывает.

Ведь на войне сражаются не патриотизмом, а только умением.

— За что вы посажены в карцер?
— А я разве знаю? — огрызнулся Неякин.

• За роялю сидит, — мрачно пояснил Сотенный. — У нас в школе рояля была… едина на всю Камчатку! Так он с приятелями среди ночи давай роялю на улицу выпирать. Я всякое в жизни видел, — гордо сказал казак. — Однажды, когда посуды не было, пришлось и в балалайку мочиться. Но такого зверского обращения с музыкой еще не видывал. Они ее, эту несчастную роялю, с боку на бок по снегу дыбачили, будто сундук какой…

— Желаете объехать больных?
— Да какие тут больные! Люди на Камчатке здоровые, живут долго. Старики, попив чайку с рябиновым вареньицем, вдруг ложатся на лавку и говорят, что сегодня помрут. И не было еще случая, чтобы они не сдержали слова…

Был тот момент боя, когда приказы ни к чему. Кто мог — тот делал. Кто не мог — тот не делал, и его уже не заставишь делать. Но враг убивал одинаково всех — и сражавшихся, и молившихся!

Сейчас на Западе текут обильные мутные воды литературы о минувшей войне, и течение их порою столь бурно, что они сметают указатели фарватера истины.

На причале подводники выпивали последнюю чарку вина. Тост был характерный для того времени:
— Выпьем за то, чтобы количество наших погружений равнялось количеству наших всплытий…

К этому времени поведение Гитлера определялось двумя факторами, которые почти несовместимы: желая победить противника, нацистские моряки еще больше желали смыться от противника, если он был хоть немного сильнее.

Стихии мира были поделены при нацизме: земля Гитлеру, воздух — Герингу, а вода — Редеру. Гитлер был недоволен своим флотом, особенно надводным (он считал линкоры «дорогими игрушками»). С позиций ефрейтора он оскорбительно третировал надводный флот и его командование.

Советский посол в Англии Иван Михайлович Майский (впоследствии академик) в те дни очень часто встречался с Черчиллем.
Черчилль ему говорил тогда:
— Врага надо обманывать всегда. Можно иногда обмануть и широкую публику для ее же пользы. Но никогда нельзя обманывать союзника.
Это были только слова. Черчилль обманывал.

Англичане хотели спасти престиж своего флота. Но они сами не заметили, что, бросая почти весь свой флот против одного линкора, они невольно теряли этот престиж.

Их было у Гитлера всего два, всего два линкора, неповторимых по своей мощи: «Бисмарк» и «Тирпиц». Почти близнецы, от одной матери — Германии, от одного отца — фашизма.

Но по мелочам победу добыть легко. А нужны коренные изменения во всей системе нашего великого государства.

Никогда не следует человеку отказываться от получения тех впечатлений, которые могут обогатить его сердце!

Люди всегда остаются людьми, каждый хочет победить и выжить при этом...