Рейтинг LiveLib

4,0

8 оценок

• 5
  50%
• 4
  25%
• 3
  13%
• 2
  0%
• 1
  13%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 11Хотят прочитать 18

Рецензии

• 

  politolog

  7 сентября 2015

  О книге узнала благодаря форуму конкурса П.И. Чайковского. Обсуждение книги заинтересовало и решила составить свое мнение. У господина Гаврилова, без сомнения, есть литературный талант: пишет так, что не оторваться. Однако пишет в стиле желтой прессы: сплетни, скандалы, интриги, расследования. В книге в основном описываются события от конкурса Чайковского 1974 г. до эмиграции в 1985 г. Начала читать, вроде всё благопристойно: хвалит своего консерваторского педагога Льва Наумова, друзей по МГК Юрия Егорова (пианист, получил 3 премию конкурса П.И. Чайковского 1974 г., покончил с собой, был болен СПИДом) и Антона Киреева (рано умер из-за аллергии на антибиотик). А потом (в 1976 г.) Андрей Гаврилов знакомится с Рихтером на его фестивале во французском городе Тур. С 1978 г. на протяжении 5 лет их связывала тесная дружба. Вот ей-то, а точнее личности Рихтера, и посвящена добрая половина книги. Почему так много? Совсем не потому, что Гаврилов решил поделиться счастьем от знакомства со столь значимой фигурой в мире фортепиано, а потому, что благодаря этой книге Гаврилов хотел доказать, в первую очередь самому себе, что он не менее талантливый музыкант, чем Рихтер. Такого количества гадких слов в сторону Святослава Теофиловича вряд ли кто-либо себе позволял говорить. Как мог он называть Р. "составившимся провинциальным гей-тапером", "тапером-кавалеристом"?! Что это: зависть, злоба, обида? Или всё вместе взятое? Тут еще и отсутствие элементарного воспитания налицо.
  

  
  Музыка Рихтера – музыка зека. Зека с музыкальным кайлом в руках. Из номенклатурной квартиры.
  
  Каждая нота Шопена или Моцарта в исполнении Рихтера – это мертвая нота, яд, убивающий душу музыки и души слушателей. Концерт Грига. Какая музыка! А в исполнении Рихтера – это вообще не музыка, а толкание ядра! Первый концерт Чайковского. Какой-то жук катит и катит бессмысленные катушки и бьет, бьет, бьет по роялю на форте, добросовестно читая нотный текст, как тупой фельдфебель приказ. Вместо лирики Петра Ильича – тупое толкание бессмысленного набора нот. Искрометную сонату Гайдна ми бемоль мажор, полную юмора, света и легкости, Рихтер играет так, что кажется – это жуткий гоголевский мертвец швыряет на мрачном кладбище в разные стороны тяжелые каменные надгробия. При этом все исполняется с фанатической убежденностью и бешеным напором, ломающим публике кости.
  
  Для нас, воспитанников ЦМШ – игра Рихтера была мучением, скукой смертной, тоской зеленой! А мы любили и глубоко чувствовали музыку своими детскими непорочными душами.
  
  Напоследок я поцеловал Славу в лоб. Хотя следовало бы воткнуть ему в грудь осиновый кол.

  Цитировать можно бесконечно...

  Кошмарно Гаврилов пишет про семью своей первой жены Татьяны. Теща, певица Раиса Бобринева, выступает в образе ведьмы и маньячки, которая домогалась бедного молоденького Гаврилова на глазах дочери, возила в страну наркотики и бриллианты и хотела, чтобы к этой ее деятельности подключился и наш юный гений. Тесть, Валерий Климов, скрипач, победитель конкурса Чайковского, больше похож на тюфяк, чем на мужчину. Жена Гаврилова Таня, дочь вышеобозначенных музыкантов, сумасшедшая ревнивица, ненавидившая Рихтера за то, что муж с ним проводит времени больше, чем с ней. Автор признается, что в момент очередного скандала хотел убить жену, наехав на нее машиной (предварительно он ее ударил по лицу)..... Лучше бы не признавался, ей-богу. Вишневской с Ростроповичем тоже попало (смотри главу "Вишня и Буратинка").

  Но не обо всех Андрей Гаврилов пишет плохо, кое-кого хвалит: например, музыкантов Гидона Кремера и Шнитке, шахматиста Тиграна Петросяна, небезызвестного политика Горбачева.

  Книга пронизана ненавистью к советской власти и режиму. Пианисту от них "досталось": и смесью ртути с тяжелыми металлами его травили; автомобильную аварию подстраивали; стреляли; какие-то сталактиты на рояль прикрепляли. Почитаешь, так Гаврилов - самый опасный враг Советского Союза был. По-моему кто-то немного преувеличил гонения на себя. То, что был невыездным какое-то время, так это да. Со многими талантливыми людьми такое было.

  Вообще проскальзывают фразочки в книге о гениальности таланта Г., который даже Рихтер признавал.
  

  
  В газетах ГДР появились статьи с заголовками, не характерными для социалистической прессы.
  – Вчера состоялся концерт пианиста с явными признаками гениальности.

  Пусть он и продолжает так думать. Вот только мне ближе позиция:
  

  
  Моя переводчица покраснела и сказала мне: «А Вы совсем не такой, каким Вас расписывали тут ваши земляки – Рихтер и Дорлиак».
  – А что же они обо мне говорили, если не секрет?
  – Нина Львовна говорила, что Вы злобный, никчемный и опасный человек, а Святослав Теофилович ей вторил, называл Вас ядовитым болтуном, говорил, что с Вами лучше не иметь никаких дел!

  Читать далее

  10 понравилось

  0

  2,3K
• 

  Artizan

  16 июня 2016

  Черные клавиши

  "ЧФиА" -- книга воспоминаний эмигрантского пианиста Гаврилова. Краткое содержание книги (спойлер): детство вундеркинда, воспитание английской гувернанткой, победа на всех мыслимых музыкальных конкурсах, международный триумф, дружба-вражда с "темным гением" Святославом Рихтером, тусовки советской элиты. К началу 1980-х, Гаврилов якобы умудряется наступить на хвост наркотрафику всесильной Галины Брежневой -- начинается слежка КГБ -- пианист бежит в Лондон, благодаря заступничеству М. Горбачева. На западных концертах, Гаврилов бьется в конвульсиях за ф-но как смертник на электростуле, пресыщенной публике это нравится, но потом происходит ссора с жадными и глупыми гигантами звукозаписи и пианист уходит из шоу-биза. Затем через много лет возвращается и вот эта книга -- что-то вроде презентации себя как последнего протуберанца великой классической традиции, не убитой совком и капитализмом.

  Несмотря на хороший слог, книга может понравиться только самим преданным друзьям и поклонникам творчества Гаврилова.

  Читать далее

  2 понравилось

  0

  1,5K

Цитаты

• 

  politolog

  7 сентября 2015

  Проявившийся в его лучших произведениях гений Моцарта невозможно охарактеризовать человеческими словами. К нему не подходят никакие человеческие эпитеты, он уводит нас в саму беспредельность, в невозможное и небывалое…
  В этом он очень близок к Пушкину.
  У Моцарта почти во всех произведениях есть бриллиантовые россыпи, но произведений-бриллиантов от первой до последней ноты – раз-два и обчелся. Чистый бриллиант – его концерт ре минор K.V.466.
  Пушкин доонегинский тоже часто многословен и пуст. После Онегина Пушкин стал ровнее. Пушкин как бы повзрослел раньше Моцарта на одиннадцать лет. Моцарт достиг зрелости в период написания «Волшебной флейты» и «Реквиема». Перед смертью.
  Пушкинскую прозу не превзошли по мастерству ни Толстой, ни Достоевский, ни Лермонтов, ни Гоголь. Плачу от «Капитанской дочки» и «Повестей Белкина».
  Пушкин вкусный. Читаешь… Как будто золотое шампанское искрится в бокале. Такова же и музыка Моцарта. Эльфы.

  Читать далее

  1 понравилось

  285
• 

  politolog

  7 сентября 2015

  Как и многие другие, я часто думал о причинах гибели Пушкина. И никак не мог понять, почему Гончарова втюрилась в Дантеса, когда рядом с ней был «умнейший муж России»? В воспоминаниях современников неоднократно упоминается, что Пушкин не умел танцевать, неловко двигался, выглядел на балах как белая ворона, а Дантес танцевал великолепно… Что за чушь, думалось мне, какое мерзкое легкомыслие! Влюбиться в ноги? Увидев Николая Оболенского, танцующего мазурку, я понял, какая страшная сила эти танцы! Невозможно было оторвать от него глаз! Какая стать! Мастерство! Порода! Все понятно, кисло подумал я. Пушкин на балу – ничтожество, саркастический, нелепый арап. А Дантес – мастер, красавец. Влюбилась, дурочка.

  Читать далее

  1 понравилось

  245

Подборки с этой книгой

• 

  "... вот-вот замечено сами-знаете-где"

  • russischergeist
  • 39 918 книг