Цитаты из книги Пышка

Сильные люди, так или иначе, всегда добиваются своего.

— Дорогая моя, на свете вечной любви не бывает, — начал он. — Люди сходятся, а затем расстаются. Но если это затягивается, как у нас, тогда это становится тяжкой обузой. Я больше не могу. Говорю тебе откровенно.

Видите ли , сударь, бедным людям приходится помогать другу другу. Это богатые затевают войны.

Надо уметь производить впечатление, а вовсе не просить.

Пью за победу духовного начала над миллионами, - поклонившись ему, провозгласил Норбер и более мягким тоном прибавил: - Не то чтобы они мешали мне в чужих карманах, и я вовсе не завидую их обладателям, - я протестую из принципа.

Болваны и ничтожества всегда остаются в дураках!

Ждали еще кого-то, все молчали, чувствовалось то особенное стеснение, какое обычно предшествует званым обедам, где после различно проведенного дня сходятся люди, не имеющие никаких точек соприкосновения.

Мысль о любви, томная, пленительная, проникала в их души, постепенно опьяняя их, подобно тому как прозрачное вино, глоток за глотком, разгорячало их кровь и туманило ум.

Нескромные мысли, осаждавшие молодую женщину, заставили ее слегка покраснеть.

— Мой милый ученик! — сказала Мадлена. — Поверьте моему опыту, моему большому опыту. Поцелуи в вагоне ничего не стоят. Они портят аппетит.

Покраснев еще больше, она прошептала:

— Недозрелый колос не жнут.

Никогда не нужно вмешиваться в чужие дела. Надо предоставить людям поступать, как им подсказывает совесть.

Мир принадлежит сильным. Нужно быть сильным. Нужно быть выше всего.

Высокие пальмы стояли во всех четырех углах комнаты, раскинув свои изящные листья, которые поднимались до потолка и там рассыпались каскадами. По бокам камина круглые, колоннообразные стволы каучуковых деревьев громоздили друг на друга свои продолговатые темно-зеленые листья, а на фортепьяно два неизвестных растения, круглых, покрытых цветами, – одно розовое, другое белое – производили впечатление искусственных, неправдоподобных, слишком прекрасных, чтобы быть живыми.

Воздух был свеж и напоен благоуханием, неуловимым, неведомым и нежным.

Вот есть люди, которые делают разные там открытия, чтобы пользу другим принести, а к чему нужны такие, что из кожи вон лезут, лишь бы навредить?

Журналист, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений.

Эти шесть персон занимали глубину кареты и олицетворяли обеспеченный, уверенный в себе и могущественный слой общества, слой людей порядочных, влиятельных, верных религии, с твердыми устоями.

То и дело маршируют в поле: то вперед, то назад, то направо, то налево... Казалось, лучше было бы обрабатывать землю или поправлять дороги у себя дома! Но нет, эти военные только и годны на то, чтобы убивать! А бедный народ должен их за это кормить!

Ибо ненависть к Чужому всегда находит Смелых, готовых умереть за Идею.

- Вы в трауре? - спросила Мадлена. - И да и нет, - печально ответила она. - Все мои близкие живы. Но я уже в таком возрасте, когда носят траур по собственной жизни.