Цитаты из книги Повести

Все, что живет на свете, имеет один смысл – смысл службы.

Нельзя по-настоящему почувствовать себя зверем, пока не увидишь, что существуют домашние животные, нельзя продолжать новую жизнь, не подобрать пуповину от старой...

Под свой груз лучше никого не пристегивать, вези один.

• Хек! - только и нашелся ответить Петруха и отступил в темноту.

Без дела, без того, чтобы в нём нуждались, человек жить не может. Тут ему и конец.

Пуп вы щас надрываете - че говорить! Его-то вы берегете. А что душу свою потратили - вам и дела нету. Ты хошь слыхал, что у его, у человека-то, душа есть?

Надо - значит надо, надо, но, вспоминая, какая будет затоплена земля, самая лучшая, веками ухоженная и удобренная дедами и прадедами и вскормившая не одно поколение, недоверчиво и тревожно замирало сердце: а не слишком ли дорогая цена? Не переплатить бы?

…по вечерам, когда затихал ветерок и от нагретой земли исходило теплое парение, такая наступала кругом благодать, такой покой и мир, так густо и свежо сияла перед глазами зелень, еще более приподнявшая, возвысившая над головой остров, с таким чистым, веселым перезвоном на камнях катилась Ангара и так все казалось прочным, вечным, что ни во что не верилось – ни в переезд, ни в затопление, ни в расставание.

Вы, мертвые, скажите: узнали, нет вы всю правду там, за этой чертой? Для чего вы были? Здесь мы боимся ее знать, да и некогда. Что это было – то, что зовут жизнью, кому это надо? Надо это для чего-то или нет? И наши дети, родившись от нас, устав потом и задумавшись, станут спрашивать, для чего их рожали. Тесно уж тут.

Надо не поддаваться судьбе, самому распоряжаться над ней.

Стало быть, скоро и помирать, если жить больше не с чем.

Можно, конечно, и не задаваться вопросами, а жить, как живется, и плыть, как плывется, да ведь на том замешен: знать, что почем и что для чего, самому докапываться до истины. На то ты и человек.

Неужели и о Матёре люди, которые останутся, будут вспоминать не больше, чем о прошлогоднем снеге? Если даже о родных своих забывают так скоро...

Многое, поди, было на самом деле другим, чем видится ныне, снесенное временем и ненадежной, изнурившейся памятью.

А кто душу вытравил, то не человек, не-е-ет! На че угодно такой пойдет, не оглянется.

Стоило жить долгую и мытарную жизнь, чтобы под конец признаться себе: ничего она в ней не поняла. Пока подвигалась к старости она, устремилась куда-то и человеческая жизнь. Пускай теперь ее догоняют другие.