Girl in the Red Coat

Roma Ligocka has lived multiple lives over the last fifty years - artist, theatrical designer, bohemian nomad, political activist, wife, mother - but she was first 'the girl in the red coat' . Famously picked out in red in the black and white footage of Spielberg's 'Schindler's List' it was only when she saw the image of herself on screen that she realised the extent of her failure to come to terms with the anguish of her childhood. This powerful memoir revisits the horror of her early years ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,3

4 оценки

5
50%
4
0%
3
25%
2
0%
1
25%

Ваша оценка

Прочитали 4Хотят прочитать 3

Рецензии

papa_i_more
13 апреля 2014
"Унижение паче гордости" (с) умный фразеологический оборот.
Чего только не начитаешься, отрыв в букинистическом за 10 рублей! Вот и попался на моей книжной тропе сей опус окаянный, книжицей про Холокост прикидывающийся, а на деле дамскими мемуарами едящими, молящимися и любящими оказывающийся.
И сочувствуешь в первой трети книги ты всей своей душенькой сердобольной маленькой девчушке-евреечке, в военном Кракове погибающей, родственников теряющей, от смерти чудом спасшейся. Но в какую же кикимору потом неведомая сила, обозванная девчушкой "депрессией", превращает ее!
Половину книги сидит себе кикимурушка и заливается: ах, рученьки мои беленькие, ах глазки мои завлекущие, ах, улыбочка моя Одри-Хепберновская! А сама-то я, аки солнышко, красная, на модель-стройнинушку похожая! Да печатают меня в журналах-то глянцевых, да называют самой красивой молодкой да во всех Польшах, да мужчины богатые все поголовно на мне жениться хотють! Аж, сам Станиславушка Лем-то ко мне подкатывал, да отказала-то я ему! А потому, что плохо мне! Тошно! Депрессирую я! Алкоголем и комплиментами заливаю в уста свои сахарные, да таблеточками закусываю разноцветными!
И мужчины-соколики мне определенные нужны, мне с обычными не интересно!
Одного мужа себе высидела - бражником оказался: пока насильно за рученьки белые в ЗАГС не ответили - развод оформлять.
Второго муженька себе высидела, вот действительно, дожала! Он меня в капиталистическую-то Германию вывез, в доме поселил, да - гадинушка такая - работать стал день и ночь, а на меня хозяйство непосильное оставил да еще с ребенком впридачу! А я-то существо тонкое, творческое - на дизайнера да костюмера выучившееся - как это мне да обед стряпать, да одежду стирать?! И одолела меня депрессия еще злее! Даже в Монте-Карлошках в походах по Гучам разным с кредиткой-то друга крёзоподобного болело мое серденько за счета неоплаченные да окна немытые.
Только таблеточки разноцветные и помогали мне горемычной с жизнью-то такой непосильной справляться.
А еще к ней дух ее бабушки являлся - совет умный говаривал, да слушала ее Ромейка наша в пол-уха. И вот однажды горемычная кикиморка, всех мужчин растерявшая, от зависимостей избавившаяся, сына вырастившая да успешной бизнес-вумен ставшая, попала на показ фильма-то известного Спилберга великого да ужасного "Список Шиндлера"; да и пригрезилось - горемычной - что девчушка-то в красном пальтишке стоящая - это она сама! И решилась запечатлеть свои воспоминания окаянные для потомков своих: это самую книгу написать. Бабушкин дух тогда над ней взвился да начал отговаривать: Дура! По кой бумагу мараешь?! Саму-то еле-еле это отпустило! А Ромейка так грустно посмотрела на дух и говорит: Надо! Время пришло!
Вздохнул тогда тяжело бабушкин дух, мысленно плюнул в угол, да благословил внучку: Mazel tov!
На том сказочке конец, а кто слушал, у того прошу прошения за цинизм.
Читать далее
47 понравилось
7
399