Жили-были старик со старухой

Благодаря участию в игре"Четыре сезона" прочла несколько интереснейших книг и эта , в том числе. За это лето моё чтение расширило границы , благодарю за это моих многочисленных друзей по Livelib. Елена Катишонок безусловно мастер слова, сколько интересных выражений, словечек, высказываний. Начала читать продолжение, но именно герои первой части старик и старуха запали в душу своей правдивостью, искренностью ,настоящие, живые, как в жизни. Точно ни книгу читаешь, а живёшь с ними, поэтому и расставаться с такими героями очень жаль, до слёз. Самобытность и яркость прозы Елены Катишонок чем то напомнили Василия Шукшина с его колоритными героями и жизненными историями. Нет смысла пересказывать сюжет романа, могу только посоветовать его к прочтению. Роман великолепен тем, что позволяет вернуться в те трудные годы нашей истории, когда рушился жизненный уклад, менялась власть, грабилось население, шли войны. На примере семьи Ивановых мы видим ,как люди прошли через все ужасы той жизни и остались людьми со своими принципами и стержнем в виде веры, что вызывает уважение. Большая благодарность Елене Катишонок за её прозу, побольше бы таких авторов.

Прекрасная проза, где вместо сюжета жизнь обычной семьи. Где масштабные исторические события служат всего лишь фоном, а огромное значение приобретают бытовые зарисовки, почти всегда пустяшные для стороннего наблюдателя, но наполненные глубоким смыслом для членов семьи Григория и Матрены Ивановых.
Проходят дни, сменяются годы и десятилетия, за Крещением спешит масленица, а за масленицей – Пасха. Дом наполняется запахами вкусного угощения и шумными застольными разговорами. Так было в прошлом году, так будет в будущем… Максимыч и мамынька, их дети и внуки… они плачут и смеются, ссорятся и помогают друг другу, любят и осуждают, сердятся и тоскуют. Иногда наступают тяжелые времена, и семья кого-то теряет, но остается память об ушедших и тихая грусть воспоминаний.
Начинаются и заканчиваются войны, гремят революции, сменяются вожди… конечно, все это влияет на жизнь, меняет ее, заставляет приспосабливаться к новым условиям, но главным всегда остается нечто иное: гребешок, подаренный на годовщину свадьбы любимой жене; запах свежих стружек; важные, но так и не сказанные слова; ведерко, заботливо приготовленное детскими руками для прадедушкиной рыбалки; сны, которые обязательно нужно разгадать… Вот из таких, незначительных на первый взгляд, мелочей и состоит жизнь этих родных людей.
Конечно, они не идеальны… не всегда правы, не всегда добры и приятны. Кто-то и вовсе ведет себя отвратительно, но они все равно любят друг друга, невзирая на любые недостатки, хоть часто и сами не осознают этого. И они всегда вместе, рядом, они семья, а это их история.

Человеческая жизнь, как строительство дома. Годы, кирпичик за кирпичиком, ложатся и ложатся один к одному: дети, внуки, правнуки. А память... Все равно, как отмотать назад старое кино: и смешно, и жутко, и больно. Но чаще грустно. Потому как ничего нельзя вернуть и переснять заново.
Интересно построила Елена Катишонок эту свою семейную сагу, опираясь на всем хорошо знакомый пушкинский сюжет и словно рассматривая его изнутри, примеряя к жизни самых обычных, не сказочных людей. Хотя старик Максимыч и вправду не прочь порыбачить, а жена его, Матрена-Матрона, ой, какой бывает душной. Может и не помешала бы им Золотая рыбка, да и Синяя птица в придачу. Только вот они в своей жизни без этих персонажей обошлись. И жить выпало далеко не в сказочное время. Да и бывает ли время вообще сказочным? Оно, конечно, в юности стелет мягко, да с годами спать все жестче и жестче. И почему так бывает, что вроде бы всех детей воспитывают родители одинаково, а врастают они совершенно разными? То же и со счастьем. Одному Господь насыплет полной гостью, а другому отмерит чайной ложкой, а то и вовсе обойдет стороной. А может это и не Господь вовсе? Он-то на самом деле одарил всех одинаково, а только кто-то сумел распорядится Божьим даром правильно, а кто-то растратил, разбазарил, разбросал по жизненным ухабам... Вот, как Сёмочка, младший из Ивановых. Или как Тайка, внучка непутевая. Знаю, что у многих из прочитавших книгу, в том числе и у меня, эта самая Тайка вызвала целую бурю отрицательных эмоций. И чем дальше, тем страшнее. Но, как говорится, не судите, да не судимы будете. Просто человек выбрал ту жизненную стезю, какая ему показалась удобной. Тайка, при всей своей человеческой непривлекательности, не плохая и не хорошая. Она обыкновенная. Нет в ней той самой крупицы душевного золота, которая есть у ее матери, Ирины, самой старшей дочери Матроны и Максимыча. Именно Ирина унаследовала все самое лучшее от родителей и сумела передать ... не дочери, увы, а внучке. И Лёльке выпало нести это дальше. Только, как известно, кому много дано, с того много спросится. Много было дано всем Ивановым. Вот и спросила судьба с каждого по полной.
Я, наверное, не погрешу против истины, если скажу, что за последние лет десять в отечественной литературе не было столь ярких женских образов, как в трилогии Елены Катишонок. И особенно в ее первой части. В первую очередь, конечно это Матрена. ( Очевидна связь как с "Матрениным двором" Солженицына, так и косвенная отсылка к Матроне Московской). Маменька, как ласково называет ее супруг, не просто хранительница домашнего очага. Она его основа и столп. Если хотите, такая вот Остзейская Марфа Посадница. Сильна духом Матрона. Только прощать не умеет. Впрочем, что до прощения, то отсутствием оного страдает практически вся женская половина романа. Горды, ой, горды! И часто густо гордость переходит в гордыню. А это уж, как известно, смертный грех. Может за него и терпят беды свои?
Есть в романе еще одна особенность: основное действие происходит в Остзейской губернии, т.е, по советски - в Прибалтике, а по нынешнему - на территории Балтийских государств. Судя по биографии автора - в Латвии. Я не припомню, чтобы кто-то когда-то описал бы жизнь русских, тем более казаков-староверов, в этом многострадальном и многонациональном краю. Ветром войн и революций занесло Ивановых из теплых ростовских степей к холодному синему морю. Только успели прижиться и корни пустить, а ветры опять дуют. Еще пуще прежних, пытаются раскидать, разметать по всему белому свету. Да только напрасен их труд. Поскольку, наверное, тем и силен русский человек, что превыше всего ценит Дом. И к нему всегда возвращается.
Читать/ не читать. На мой взгляд, книга просто чудесная. Читается на одном дыхании. Посему очень рекомендую к прочтению. Особенно тем, ко любит длинные и душевные семейные истории.

мне давно советовали, наконец добралась, предвкушала и ...облом
Стильно. Но не мое.

Написано красивыми вкусными словами с настойчивыми напоминаниями читателю о наличии рассказчика/автора (сильно напомнило Рубину). Если очень любите Рубину, то однозначно полюбите. Очень похожая красота изложения и присутствие автора.

Но как же грустно и безрадостно все описано вот этим почти поэтическим языком. Хотя ничего особо плохого не происходило у героев: репрессии их удивительным образом не коснулись, война меньше чем других задела. Довольно сыто на общем фоне живут. Несколько поколений довольно дружной семьи. Почему они не радуются жизни, почему все время унылость какая-то, обреченность? Я не поняла. Для меня это полупустой стакан там, где я вижу полуполный.

Царапнули факты, вроде того, что польскую цыганку крестить надо было или что деда призвали на войну в возрасте 63 лет, привоз с войны полячки с собой да еще и без официального оформления отношений (и так далее). Неужели бывало и такое?

И один момент вызвал спотыкание. Зачем явно неверующий или агностик автор взялся изображать людей верующих не просто снаружи, а внутренний мир? В результате получился очень симпатичный для агностика и неверующего результат - только внешняя обрядовость, а так - все то же самое. На самом деле верующие люди по другому воспринимают мир. ИМХО конечно.
Характерный пример. Ну как это «молчание – гордость кротких»? Религиозный человек, если бы хотел сказать красиво о молчании и кротких, то сказал бы, что смирение кротких, украшение кротких, как-то так. «Гордость» не из религиозного хвалительного лексикона. (Это из описания мотивации поступка Иры).
Или описано, как вроде бы верующая старуха лелеет свою обиду на старика. Характер характером, но как человек с большим религиозным опытом, она должна была бы осознать, что с ней происходит, не так себя вести, по крайней мере страдать еще и от своего поведения. Возможно внешне она бы и выражала обиду, но внутренне бы содрогалась своей обиде. ОК, пускай нам рассказывают не о настоящих религиозах.

На поняла, когда старуха толкает Сему венчаться, где угодно, хоть в костеле, типа Бог везде. Слова агностика, не старообрядки. Даже если она внешне обряды сохраняет. При этом в ЗАГСе нельзя. А у него жена предыдущая наверно как-то оформлена (но тут я не помню), однако именно ЗАГС помог бы упорядочить ситуацию. А вот Таю старуха никуда не толкает (ну да, хахаль еще тот, но явно ж постоянный и дети могут пойти общие, но о чем забота с Семой тогда, почему Семе надо венчаться). Я просто запуталась в логике.

Фраза о спасение Семы: "чудом, или старухиными молитвами, что одно и то же" огорчила. Для стихов фраза чудесная. Для жизни - высокопарная, потому что погибли при этом другие сыновья и зятья, за которых она так же молилась.
Или медитация на "не убий". Ветеран там только мерзкий Сема. Который единственный из семьи убивал и потому такой мерзкий стал (это не я, это автор прямым текстом но красивыми поэтическими словами написала). А у бедного Семы - психо травма, он же реально горел в том танке. Он же реально воевал. Да, война сломала в нем что-то, но почему он хуже в своем не после военном, а военном поведении, чем тот сын, который не стал убивать, а подставился под пули? Куда бы мы без них, кто б тогда войну выиграл? Зачем автор его осуждает за то, что он воевал?

Единственно кого из персонажей автор любит, это Лялька. И вдруг понимаешь, что к остальным автор относится по принципу - а как они к Ляльке. А они появились в повествовании раньше. И постфактум понимаешь, почему старик описан с большей любовью чем старуха. Потому что потом он будет сильнее проявлять свою любовь к ребенку, а старуха будет недовольна поначалу ребенком. И вообще весь роман как бы прелюдия к истории Ляльки. В нем самом - нету никакого посыла, месседжа, как теперь говорят. Сам по себе он ни о чем.

И мне ужасно неловко писать эти строки. Потому что язык красивый. Потому что друзьям нравится.

Я немало удивлена множеству восторженных отзывов. Это невозможно читать. Безликий, сухой, некрасивый стиль повествования. Совершенно "плоские" персонажи. Полная отстранённость автора от своего "творения", как будто она пишет сей труд "из-под палки", не вкладывая и толики своей души. Автор хорошо владеет языком, но создаётся впечатление, что она упражняется в писательстве, а не пытается донести нечто ментальное или эмоциональное до читателя. До читателя автору нет дела. Сам роман представляет собой бесконечное, многословное, бестолковое описание по типу "родился - женился - умер". Если учитывать, что персонажей в этом опусе несметное множество, то это бессмысленное описание просто надоедает и вызывает недоумение. Для чего? В чём смысл этого бесконечного описания? Я смысла не обнаружила, к сожалению. Возможно, этот смысл заключен в последнем предложении этого немаленького романа, но читать всю эту галиматью и мучиться ради последнего предложения - надо быть мазохистом. Не "моё". Не дочитала.

Дорогу осилит идущий. Вот и шла. От любви до ненависти к книге, от ненависти до любви. Проваливаясь периодически в глубокое безразличие к героям, декорациям, да и к жизни, в целом. Нравились очень параллели с Пушкиным. Певучие слова получилась, ненавязчивые. От них же иногда становилось невыносимо душно.

Вспоминаются слова Михаила Казиника о том, что сказка “О рыбаке и рыбке” совсем не о жадной старухе, а сказка о большой любви. Может быть и так. Но у Пушкина я большой любви не увидела. Читала ребенком, а ребенок чаще всего не старается вытаскивать какое-то глубинное и потаенное. А вот у автора этой книги любовь бросают вам прямо в лицо.

Старуха у Катишонок и правда бывает злой и резкой. Но так время такое. Сложное время. Каждому досталось вдоволь горестей и мало радостей. Что ни глава, то потеря. Большая, обидная, оплаканная,но не погребенная. Но шли старик и старуха все равно рука об руку. Обид друг другу не прощали, но чувства свои трепетно берегли, пусть и на самой глубине. Постоянно злилась старуха на старика, а старик принимал ее злость, оттого, что не все умеют показывать любовь как-то иначе.

Читала и постоянно делала в голове пометки. Это нужно запомнить, это сохранить. Казалось бы что всю книгу можно растащить на цитаты. Не запомнила, не сохранила. Не захотела. Как будто бы озвучив что-то, превращала бы боль героев в свою боль.

Ненароком встала на сторону старика. Жалела его после каждой взбучки устроенной старухой. Спрашивала почему не дает отпор. Но задумавшись понимала, что дает. Просто иначе. Так как поймет только старуха. И все старуха понимала. Так может быть и бывает, когда вы вместе 50 лет и три года. Не нужно говорить. За тебя уже все сказали твои поступки, твое сердце.

Закончилась песня на тяжелой ноте. Для тех кто остался. Для тех кто ушел это может быть и не конец. Просто иные они теперь будут петь песни.

Честно скажу, я терпеть не могу таких героев. Я подобное овечье стадо и в жизни-то ненавижу, не то что про подобное читать. А уж эти грушевые сады, которые им всю жизнь покоя не дают... Это очень не мое. И я не понимаю почему о таких уродцах стало сейчас модно писать. Меня от такого сильно дергает и честно, если бы автор не выбрала стиль такой, словно на велосипеде с горки едешь, то я не смогла бы книгу дочитать. Если бы было чуть больше мыслей подленьких героев, я бы тоже к черту выбросила книгу. Но тут просто жизнь по течению и без мыслей, только в крайних случаях, что можно было скрипя зубами прочитать.

1. Я против религии. Мне плевать как вы свои секточки называете. Это все фашистские организации, потому что кого-то там считают лучше, а кого-то хуже, у кого-то череп получше будет. Стоит ли напоминать про все войны ради того, чтобы сказать, что мы лучше и все это истовые верующие? Тут можно бить пяткой в грудь, но историю увы не поменять, хотеть вы можете что угодно, но читая все ваши книжонки, вычитываешь именно то, что одни лучше, а другие хуже и такую куча ограничений с тем, что обязательно надо уничтожить того, кто отличается. Мерзенько.

Поэтому мне сразу как бы герои не очень, которые еще и между собственной сектой губы дуют. Ой не так он пальцы сложил. И из-за этого друг друга гнобили и резали. Святые люди, ага)))))))))) И вы мне после этого будете говорить о любви к ближнему и тому, что это не фашистские замашки? Ага как же.

2. "Как же я убью", "Как же можно убивать?", "Ты же убивал". Я бы сожрала это, если бы все это было сказано человеку виновному в том, что он убил просто так, потому что я тоже против того, чтобы люди убивали просто так. Но это все говорится вовремя, себе, и после второй мировой войны, единственному человеку в семье, который фашистов гнал с земли, а не отсиживался в Сибири под боком у бабы, бежал прочь чтобы скрыться под юбкой бабы.

Да, я злая. И я ненавижу таких паскуд, это чертово овечье стадо, которое прикрывалось верой, а не защищало дом, детей, семьи. Если бы все были такие, то сейчас, я вас поздравляю, мы бы жрали траву под каблуком фашизма. С другой стороны, так они может за это и были, они же из такой же секточки.

Ничего более мерзкого я давно уже не читала. И ведь не стыдно же, такое писать. И это между прочим не было как выставление, смотрите какими быть нельзя, нет, знаете почему? Потому что этого единственного сына сделали ублюдком и алкашем. Мол нет героев, если убил, то все ты урод моральный. Да пусть автора скрючит в параличе. Повторяю, я злая, я не добрый человек, я ненавижу оправдание бездействию и трусости. Ненавижу, когда марают имена героев и их заслуги втаптывают в грязь. А в этой книге именно так и делают. Мой дед воевал, он не мало прошел по стране чтобы выгнать фашню, чтобы я жила, моя мать и ее сестры жили и жили свободно, а не рабами фашни. У всей моей семьи деды и бабки воевали, кто на поле боя, кто в тылу, чтобы накормить, чтобы дать то, чем гнать гниль с Земли. И когда подобные жизни хотят принизить, я хочу, чтобы эта тварь оказалась-таки в том мире, где будет, как она хочет, чтобы никто не поднял оружие и их перерезали как овец и заставили работать в трудовых лагерях, как в принципе и планировалось, потому что они люди второго сорта, потому что черепушками не удались. Мерзко.

3. Я красная. Знаете, я красная от корней волос и до кончиков пальцев на ногах, поэтому читать про беляков, даже, если они не причисляют себя к этому, мне тоже неприятно, потому что эти мерзкие люди мне не интересны и раздражают своей гнилью внутри. А старуха из книги просто рассадник белячества. Мало того, что это просто лицемерная сама по себе баба, так еще и орет про свои грушевые сады. Вот когда хочется мордой тыкать в "море" как мальчика-дауна из анекдота, повторяя, вот море, вот море. Но только все это не поможет, ибо тыкали, только что толку, опять люди с удовольствием разъединились и ухватились за "имеем права" и грушевые сады. И никому не мерзко. Теперь не престижно быть хорошим работником. Теперь престижно быть хорошим вором, хорошим хитрецом. Теперь престижно не гордиться дедами, бабками, матерями и отцами из простых рабочих и крестьянства, а надо обязательно, как мудями потрясать тем, что кто-то отдалено был графьем, ага, графским крепостным уж скорее, потому что простите, но "принцев мало и на всех их не хватает", а учитывая сколько мудей потрясателей титулов, то уж точно это все крепостные. Да и чем гордиться-то? Загубленными душами? Мерзко.

Сейчас будет закономерный вопрос, за что оценка тогда не низкая в конец? А за стиль велосипеда с горки. За то, что я не читала слишком много гнилых мыслей. Но лучше бы я никогда к этой книге не прикасалась. Вот иногда я читаю аннотацию и как понимаю, что нет, не мое и не добавляю книгу в виш. Сколько бы раз она мне не встречалась, как бы кто не нахваливал, упираюсь как Ванечка ножками, чтобы в печку не попасть. Но иногда случаются игры и советы, и приходится читать. Эх...

Кстати, кто прочитал продолжение, у овечки квартиру Надя отжала или нет? Это просто очень достойное окончание жизни овечек было бы и меня нисколько не удивило бы. Жаль, что именно этим не закончили книгу, потому что эта история была только о старике и старухе, а после того как они упокоились в желтых песках, то как бы и фильму конец. Но для меня логично именно показать овечий загон и перерезанную глотку той, что была робкой. Если уж про правду жизни, то до конца, без волшебства.

С первых же страниц вас встретит спокойный, притягательный слог автора. Чувствуется в нём какая-то душевность, уют и широта русской натуры.

В один момент чтения я понял, что начало этого романа очень похоже на книгу «Сто лет одиночества». В обоих случаях идёт повествование о семьях людей. Только тут, слава Богу, людей называли разными именами, в отличие от «... одиночества».

Главные герои жили в Остзейском крае. События описываемые тут касаются и войн, которые случились в первой половине 20 века. Первая Мировая война почти не описывается. Можно сказать, они просто эвакуировались и через некоторое время вернулись назад. А вот Вторая Мировая война уже описывается гораздо больше.

Сама книга мне в целом не понравилась. Не понравилась она мне ещё и своими антисоветскими настроениями его некоторых героев, а ещё хуже, и автора книги.

Пример, не прямой речи, а описания автором событий о сыне деда и бабки Симочке:
"Более того: ему понравилось убивать, и он яростно атаковал с криками: «За родину!», «За Сталина!», то ли не зная, то ли забыв, что его родина и Сталин – понятия взаимоисключающие".

А вот пример конкретного обращения автора к читателям с явным антисталинским отношением:
"До суда однако, «дело врачей» не дошло по самой уважительной причине: генеральный режиссер этого бреда умер. Умер, буквально смертию смертью поправ, а кавычек нет, и пусть читатель не вздрагивает: поистине, своей смертью он избавил от смерти неисчислимое множество людей."

Вот такие авторы и вешают на Сталина (а тут пишется именно о нём) всех собак. Оно и понятно, Елена Катишонок родилась в Латвии и уехала оттуда работать в США, при этом преподавая русский язык там. Видимо не всё русское ей ненавистно.

Книга при чтении не имеет как такового сюжета, а просто описывает жизнь большого семейства. Как будто нет никакой цели или логического финала, кроме естественного завершения. Просто описание. Мне книга просто надоела уже после прочтения трети книги. Удивляюсь, как людям это смогло понравится, да так, что Катишонок навыдумывала ещё две книги ни о чём.

Продолжал её чтение только из-за игры, о которой ниже. Есть конечно и интересные и берущие за душу эпизоды, яркие моменты. Но основные события повседневные, будничные, размеренно текущие и откровенно скучные. Очень жаль потраченного времени.

Вот есть в книгах Катишонок какая-то тоска. Пусть светлая, но очень грустная. Та самая тоска, которая постукивает по сердцу со словами "В мирное время...", с которых так часто начинают старик или старуха свои воспоминания о прошлом. Сначала они, а потом и их дети - второе поколение. Есть. При чтении "Когда уходит человек" она чувствовалась острее, здесь же эта тоска приглушенная, но всё равно ощущаемая.

Эта тема и правда болезненная - смена власти, смена порядков, а с ними и перемены в жизни, которые редко бывают приятными. Приходится приспосабливаться. Приходится что-то терять, а порой люди теряли сразу и всё. Приходится привыкать к изменениям. Но жизнь простых людей в том и состоит, чтобы привыкать, подстраиваться и жить дальше: работать, растить детей, нести из поколения в поколение семейные традиции и радоваться тем немногим светлым мгновениям, которые так украшают жизнь.

Первая книга саги о семье Ивановых рассказывает о Матрене и Григории - семейной паре, которая перенесла многое. Они начали свою жизнь ещё в царской России, а закончили при советской власти, пережив две мировые, революцию, национализацию и прочие "прелести" от разных властей. При этом у них был свой мир, который состоял из семьи и тех, кто был к ней близок, и свои житейские проблемы. Любимый сын Симочка спился, внучка-красавица в подоле принесла, у Максимыча язва завелась - то-то не к месту. Но ведь пристраивали, примирялись и жили дальше, и становилось "к месту". Причем за своими заботами в своей семье зачастую даже и не ведали, что происходит в стране. Но это как раз нормально. По-семейному, по-человечески.

Хоть и называется книга "Жили-были старик со старухой", но наши герои не похожи на героев Пушкина. Разве что совсем чуток. Да и разбитого корыта они не остались, хоть и потери были, и клеилось не всегда так, как надо. Кажется, что всё так обыденно и просто, но это вовсе не так. Не так-то всё и просто. Удержать и сохранить целостность семьи, традиции, свой уклад и тем самым себя, вовсе не просто. Старуха в конце признается самой себе, что была счастлива. Думаю, что был счастлив и старик. И без всяких золотых рыбок. По-простому, вырастив четыре поколения своих детей, внуков и правнуков.

Книга - просто жизнь простых людей со всеми их радостями, печалями, горестями, приобретениями и потерями. Книга о людях. Книга о временах. Просто хорошая книга о простом и просто - искренне, честно, без вычурных фраз и аляпистых сравнений. Просто о простом.

Живая, искрящаяся, великолепная книга! Я прочитала её взахлеб, ночью читала и днём, не могла оторваться ни на секунду! С первых страниц - как в омут с головой. Делала даже записи в записной книжке - кто кому кем приходится, где были в войну, кто на ком женился, какие у кого дети.
У старика Григория и старухи Матрены было семь детей (двое умерло в младенчестве). В книге описана их жизнь и жизнь их детей, внуков, правнуков. Дело происходит в Прибалтике. Семья староверов.
Григорий - столяр, чистая душа. Матрена - ваще кремень старуха! Властная, гордая, великолепная, как в гордыне своей и заблуждениях, так и в добрых делах! Я восхищена и растеряна, и покорена совершенно, и потрясена, и то и дело хочется плакать и вспоминать своих бабушек и дедушку.
Я больше ничего не скажу, потому что комок в горле и слезы почти текут, а я ж намалевана, не поплачешь.
Но эту историю долгой счастливой жизни и освобождающей смерти я дико и неистово советую всем!