Хижина "Мерка риса"

Рёкан — величайший японский поэт и прославленный дзэнский мастер эпохи позднего средневековья, которого по масштабу таланта и глубине философской мысли нередко ставят выше Басё. Рано постригшись в монахи и став горным отшельником, Рёкан, тем не менее, не утратил любви к жизни и вкуса к ее маленьким радостям. Спускаясь из своего скита в деревню, он любил поплясать с сельчанами на празднике, отведать угощения, поиграть с детворой. Но наивысшей его отрадой и целью жизни был поиск Пути, которому Р...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,7

17 оценок

5
76%
4
24%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 21Хотят прочитать 53

Рецензии

ioshk
3 марта 2019
Умиротворение
Уже очень давно я не ставила прочитанному такую высокую оценку. Да и этому сборнику сначала хотела поставить лишь "девятку", но потом все же решилась. И вот, десять зеленых звездочек ярко горят под надписью "Моя оценка".
Чтение японских стихов - это то, к чему нужно привыкнуть, приноровиться. Забыть о том, как воспринимается поэзия в рамках западной литературной традиции. Забыть о рифме, тропах, патетике... И погрузиться в момент. В описываемую картину действительности. Не всегда легко просто расслабиться и дать своему сознанию волю бежать ручейком за строками танка, вака и хайку... Но стихи Рёкана завораживают. Они так просты, искренни и безыскуственны, что при чтении в душе поселяется мир и покой. Я практически слышу шум дождя, шорох холодных капель по соломенной крыше. Почти ощущаю тепло солнечных лучей на щеках. Почти улавливаю неописуемый запах горного леса...
Эксцентричный монах-отшельник, который отшельником, собственно, не был. Он избавился от жадности, от амбиций и гнева, но не собирался лишать себя радостей жизни. Играя с детворой, выпивая с сельчанами или завершая очередную партию в го, он наслаждался каждый отведенным ему днем, не ропща на выпавшую ему судьбу, а наоборот, благодаря за нее. Он называл себя "Великим глупцом", но славился мудростью. Не имел практически ничего, но не жалел своего даже для воришки, попытавшемся украсть из-под него тюфяк. Не помнил зла и обид, а добра не забывал. Обладал чувством юмора, такта, неподдельной добротой.
От стихов Рёкана пахнет свежестью, они возвращают растраченные в бесконечной современной гонке силы. А истории о нём самом не могут не вызвать улыбки.
Прочесть - и непременно перечитывать.
Читать далее
33 понравилось
738
olastr
20 октября 2014
Если спросят меня,
презревшего пагубу плоти,
как на свете прожить, -
отвечаю: да будь что будет!
Дождь так дождь, ветер так ветер!
Недавно в своей рецензии на Песни ста поэтов я сетовала, что нам недоступно понимание японской поэзии, особенно классической, в силу разности культур и языка. Переводчик Рёкана успокоил меня, сообщив, что современные японцы сами уже ничего не понимают. Спустя двести лет, один из лучших японских поэтов Рёкан доступен без перевода лишь немногим узким специалистам. В связи с этим, я сразу бросила комплексовать и насладилась чудесным переводом этих потрясающих стихов, пришедших к нам благодаря Александру Долину, профессору японской литературы Международного университета Акита в Японии.
Начиная читать «Хижину «Мерка риса»», я запаслась закладками, решив отмечать понравившиеся стихи, и вскоре томик мой распух неимоверно: закладку нужно класть на каждой странице, а на некоторых можно и по две. Я нашла нового друга, брата и учителя. Эта книга теперь будет со мной в моих бесконечных путешествиях. Я буду по ней гадать, с ней разговаривать, заполнять стихами Рёкана мгновения грусти и радости.
Я понимаю, что это мое личное совпадение, но хочется поделиться. Чем же так хорош Рёкан? Ничем. Простотой, безыскусностью, мудростью, сквозящей из-за обыденности. Он пишет о своих буднях, буднях буддийского монаха. Одиночество, бедность – и никакой жалобы, лишь смирение, легкая самоирония.

Целый день в селе просил подаянья,
А теперь сижу в холодке под утесом.
Я один – при мне лишь ряса да плошка.
Ну не чудно ли быть дзэнским монахом!
И, правда, чудно. Чудно бродить по дорогам без цели, а потом поселиться в одинокой горной хижине, писать там стихи и изучать фонетику, иногда принимать друга или брата, иногда печалиться.

Одинокий старик
с белой спутанной бородой
Думает о былом –
ведь и он был когда-то юн.
«Ну, и в чем мудрость?» – спросит скептик. В том, что не высказать словами.

Светит луна
сквозь маленькое окошко.
Тихо вокруг –
лишь сверчок ведет свою песню.
Молча гляжу –
и ощущаю такое,
Что не передать,
не описать словами.
Дальше...
Аскетам всех времен заочно и в глаза задавали один и тот же вопрос: «Зачем?» Действительно, зачем это все? Зачем самоотречение? Зачем хижина с блохами? Зачем нищенствовать? Неужели нельзя по-другому?

Все дела позабыв,
Высшей цели я должен достигнуть –
причаститься Пути!
Пусть всего лишь на день единый
После тысячи лет исканий.

Тысячу лет – за один день! Умолкните скептики, здесь не рынок, а покой и воля. Вечное сегодня вместо суетного завтра. Но не будем впадать в пафос, Рёкан не делал этого никогда. В нем нет ничего от «святости», «надмирности».

Отскребаю котел –
и дружно мне подпевает
хор лягушачий...
Вот вам, если хотите, и прозренье. Не отказывался отшельник ни от рюмки саке, ни от трубки табаку, но все, кто его знал, говорили, что это был удивительный человек, у нас бы сказали, наверное, юродивый, а сам он себя величал Великим глупцом. Наставник Рёкана, отпуская от себя ученика, ставшего Мастером, выдал на прощанье такое напутствие:

Это благо, о Рёкан, вести себя как глупец,
Ибо так обретаешь великий, безмерный Путь.
Простота и воля – кто в силах измерить их,
Коли ты во всем заодно с природой вещей?
Я из горной глицинии посох тебе дарю –
Если в дальней дороге к стене прислонишь его,
Пусть тебе ниспошлет покой полдневного сна.
Читать далее
19 понравилось
438