Рецензия на книгу

• 

  olastr

  20 октября 2014

  Если спросят меня,
  презревшего пагубу плоти,
  как на свете прожить, -
  отвечаю: да будь что будет!
  Дождь так дождь, ветер так ветер!
  

  Недавно в своей рецензии на Песни ста поэтов я сетовала, что нам недоступно понимание японской поэзии, особенно классической, в силу разности культур и языка. Переводчик Рёкана успокоил меня, сообщив, что современные японцы сами уже ничего не понимают. Спустя двести лет, один из лучших японских поэтов  Рёкан доступен без перевода лишь немногим узким специалистам. В связи с этим, я сразу бросила комплексовать и насладилась чудесным переводом этих потрясающих стихов, пришедших к нам благодаря Александру Долину, профессору японской литературы Международного университета Акита в Японии.

  Начиная читать «Хижину «Мерка риса»», я запаслась закладками, решив отмечать понравившиеся стихи, и вскоре томик мой распух неимоверно: закладку нужно класть на каждой странице, а на некоторых можно и по две. Я нашла нового друга, брата и учителя.  Эта книга теперь будет со мной в моих бесконечных путешествиях. Я буду по ней гадать, с ней разговаривать, заполнять стихами Рёкана мгновения грусти и радости.

  Я понимаю, что это мое личное совпадение, но хочется поделиться. Чем же так хорош Рёкан? Ничем. Простотой, безыскусностью, мудростью, сквозящей из-за обыденности. Он пишет о своих буднях, буднях буддийского монаха. Одиночество, бедность – и никакой жалобы, лишь смирение, легкая самоирония.

  
  Целый день в селе просил подаянья,
  А теперь сижу в холодке под утесом.
  Я один – при мне лишь ряса да плошка.
  Ну не чудно ли быть дзэнским монахом!
  

  И, правда, чудно. Чудно бродить по дорогам без цели, а потом поселиться в одинокой горной хижине, писать там стихи и изучать фонетику, иногда принимать друга или брата, иногда печалиться.

  
  Одинокий старик
           с белой спутанной бородой
  Думает о былом –
           ведь и он был когда-то юн.
  

  «Ну, и в чем мудрость?» – спросит скептик. В том, что не высказать словами.

  
  Светит луна
                  сквозь маленькое окошко.
  Тихо вокруг  –
                 лишь сверчок ведет свою песню.
  Молча гляжу –
                 и ощущаю такое,
  Что не передать,
                не описать словами.

  Дальше...

  Аскетам всех времен заочно и в глаза задавали один и тот же вопрос: «Зачем?» Действительно, зачем это все? Зачем самоотречение? Зачем хижина с блохами? Зачем нищенствовать? Неужели нельзя по-другому?

  
  
  Все дела позабыв,
  Высшей цели я должен достигнуть –
  причаститься Пути!
  Пусть всего лишь на день единый
  После тысячи лет исканий.
  
  

  Тысячу лет – за один день! Умолкните скептики, здесь не рынок, а покой и воля. Вечное сегодня вместо суетного завтра. Но не будем впадать в пафос, Рёкан не делал этого никогда. В нем нет ничего от «святости», «надмирности».

  
  Отскребаю котел –
  и дружно мне подпевает
  хор лягушачий...
  

  Вот вам, если хотите, и прозренье. Не отказывался отшельник ни от рюмки саке, ни от трубки табаку, но все, кто его знал, говорили, что это был удивительный человек, у нас бы сказали, наверное, юродивый, а сам он себя величал Великим глупцом. Наставник Рёкана, отпуская от себя ученика, ставшего Мастером, выдал на прощанье такое напутствие:

  
  Это благо, о Рёкан, вести себя как глупец,
  Ибо так обретаешь великий, безмерный Путь.
  Простота и воля – кто в силах измерить их,
  Коли ты во всем заодно с природой вещей?
  Я из горной глицинии посох тебе дарю –
  Если в дальней дороге к стене прислонишь его,
  Пусть тебе ниспошлет покой полдневного сна.

  19 понравилось

  438