Желтый знак и другие рассказы

Каждый раз, читая Лавкрафта, удивляешься его таланту. Каждый раз, из ничего, из несуразного начала, из минимума окружающей обстановки, с открытым финалом нагнать на человека жути. Это талант и кропотливая работа. Зная предысторию написания рассказа, можно автору не позавидовать (ирония). Ведь написал он сию историю, списав ее со своего сна.

"На месте удаленной плиты обнажился черный провал, из которого вырвались клубы столь тошнотворных миазмов, что мы с отвращением отпрянули назад... Наши фонари осветили верхнюю часть каменной лестницы, сочащейся какой-то злокачественной сукровицей подземных глубин."

Ух, и приснится же такое! Итак, главный герой Картер предстает перед судом. Его друг Харли Уоррен таинственно исчез. Сам Картер не помнит и половины из тех приключений, что выпали на их долю. Они вдвоем, зачем то пошли на старое кладбище (виновата книга, написанная на неизвестном Картеру языке и присланная Харли из Индии). Они зачем то вскрыли ветхую гробницу, обнажив таинственный проход. Харли настоял на том, что он один пройдет в неведомое, а переговариваться с Картером он будет по телефону. Сначала Картер будет разговаривать с товарищем. Но... Но затем к телефону подключатся другие "абоненты". Читать, но только не на ночь.

Думаю, что в связи с названием самого произведения, не будет считаться спойлером описание моего ощущения в ходе прочтения этого произведения. Дело в том, что, изучая текст рассказа, я ощущала себя журналисткой, которая в поисках сенсационной заметки для журнала о паранормальных явлениях, наткнулась на этот любопытный «документ».

На улице уже вечер, в отделе городского архива остался только дежурный, мне дали доступ к пыльным старым коробкам, которые неаккуратно составлены на металлических стеллажах. Эти дела остались нераскрытыми из-за того, что некогда местный шеф полиции не хотел видеть дальше своего носа. И именно показания бедолаги Рэндольфа Картера привлекают мое внимание, пока я, будучи вся в пыли, роюсь в коробках и папках.

Чувства тревоги и недоверия захватили с первых строк. Нет, такого просто не может быть. Но в какой-то момент начинаешь совсем забывать о заваренном чае, а кружка с тёплым напитком замирает недалеко от рта. И вот ты в плену у этих показаний, не можешь оторваться от пыльного клочка бумаги, продолжая поглощать строчку за строчкой. Происходящее захватывает целиком, держа в цепких, склизких, противных, когтистых лапах. Моя спина покрывается холодным и липким потом, ноги и руки становятся ледяными. Чем дальше углубляется в своих воспоминания Рэндальф, тем медленнее бьется мое сердце, тем сильнее гул от его ударов отдаётся в моих ушах. Добираясь до последних строчек показаний невольно оборачиваешься, потому что буквально чувствуешь, как кто-то все это время смотрел на твою спину. И вроде бы чувство непонятного ужаса не покидает твою душу, но сам ты невольно ощущаешь, как готов совершить тоже самое, что и этот бедняга Рэндальф. На что не пойдешь ради сенсации?

В ту ночь я не могла заснуть очень долго.

Рекомендую аудиовариант.

Лавкрафта на один квадратный сантиметр становится неприлично много, и я начинаю находить в нем определенную прелесть. Может быть, это дело случайности, но с каждый новым витком, с каждым новым рассказом его истории приобретают глубину, а мое легкомысленное замечание о вторичности и сравнении можно зачеркнуть. Говард поистине удивителен. Если это уже звучит достаточно глупецки, то представить боюсь, что будет по освоении бигбуковского трехтомника. Точно буду в любви признаваться.

«Показания» – это отложенное знакомство с Картером, которое наконец потихоньку догоняет меня. Он здесь выступает рассказчиком, потерявшим друга и испытавшим неведомый ужас, которому даже не дается объяснения. И ни слова о снах. Только леденящий кровь кошмар наяву да щелчки в трубке. Читателю вручен бесценный дар – возможность использовать свою фантазию на всю катушку и запугать себя самостоятельно. О том, что случилось с другом Картера, пояснений не дается, и подобная сюжетная незавершенность невольно заставляет прокручивать в голове всю историю в попытке найти ниточки, за которые можно уцепиться. Сама идея неведомого ужаса потихоньку оседает в мыслях и становится чуточку стремнее, чем была за пять минут до этого. Это мастерство, перед которым я могу только преклоняться. И отдельный плюс за концовку, за этот простой как пробка ход, от которого невольно идут мурашки по телу, хотя головой понимаешь, что бояться нечего. Нечего же, да?..