Свидание с Бонапартом

"Свидание с Бонапартом"... В начале века девятнадцатого Наполеон был едва ли не самой популярной фигурой (будь я в том времени - так и самой популярной). Кто-то мечтал лишь увидеть его, чтобы прикоснуться к плащу его славы, кто-то жаждал встречи с ним из лютого чувства ненависти. Думается мне, что равнодушных к этой фигуре не было ни в одном, даже самом отдаленном, клочке Европы. С каким чувством я открывал книгу с таким волнующим названием - не передать: наконец-то! свидимся! Но...

Не пришлось пересечься нашим дорожкам-тропкам. Но я не жалею - книга потрясающая, мелодичная. Вот именно - мелодичная, музыкальная, певучая и какая-то магическая. Спокойная и очень ровная, она не отпускает до последней страницы, своим напевом волнует и цепляет самые глубинные струнки. Слова такие точные и правильные, что удовольствие получаешь необыкновенное.

Эх, это все - лирика. А если по делу, то начало того удивительного века ( "когда литература была великой, вера в прогресс безграничной, а преступления совершались и раскрывались с изяществом и вкусом") - время далеко не спокойное, военное. Человечество переживало громадный всплеск развития - технического, политического, военного, экономического. А значит и люди были значительные, пусть и со своими маленькими судьбами - сучками на "дубине народной войны". И сквозь всю толщу романа тянется тоненькая ниточка главного героя, за изгибами которой без симпатии и сочувствия следить нельзя, - Тимоши Игнатьева. Вокруг него друзья, враги, родные и случайные люди, эта ниточка путается, сплетается с другими такими же и бежит-бежит сквозь бурное время, как ручеек через темные камни и ветви несет бумажные кораблики. Вот и вся книга - маленькая история маленького человека в водовороте времени.

Зато как написана эта история - с нескольких граней, от лица нескольких героев, сквозь судьбы которых прошел Тимоша. Свет, проходя сквозь призму определенной формы, преломляется и раскладывается на несколько составляющих, образуя явление необыкновенной красоты, так и здесь. Булат Шалвович доверительным языком рассказал о луче одного единственного человека и пропустил этот луч сквозь других. И радуга зазвучала волшебной неземной мелодией.

Честно говоря, знакомство с прозаичным творчеством Окуджавы для меня стало открытием его личности с совершенно непривычной стороны. Несмотря на непривычность стиля, писательское мастерство видно в каждом абзаце. Со стороны текста тут все просто чудесно, каждый персонаж (даже случайный) получился ярким и интересным. Но самое интересное, что в этой книге почти нет сцен с участием Наполеона Бонапарта, но его тень ощущается повсюду. Герои истории (историй?) - это маленькие люди, жизнь которых перемолол и выплюнул знаменитый 1812 год (для многих поворотным событием является сдача Москвы). И вот из множества отдельных повествований, писем, воспоминаний возникает общая картина. Картина немного сумбурная, тут политика и расчет, романтические отношения и кровавая неразбериха (чего стоят события в покидаемой/захваченной Москве). Но, есть небольшой минус. Знакомство с книгой находит эмоциональный отклик, но послевкусие остается какой-то странное. Оно как бы есть, но в памяти почти ничего не осталось. Только ощущения. Возможно я когда-нибудь вернусь к ней, но это не точно.

<Флэшмоб 2012>

И эх... Вот на этой книге я очень сильно пожалела о том, что ввязалась в авантюру под названием "дочитать до апокалипсиса"... При всем моем интересе к рецензиям советчика, да и безумной любви, привитой, похоже, с детства, к песням Булата Окудажвы, восприятие романа у нас несколько разнится.

Я вот, опять-таки, грешила на какой-то сонный период в жизни, когда ничего не цепляет, и первую часть книги просыпалась только на вставках-стихах. А потом, опять-таки, поняла, что дела в каком-то слоге - убаюкивающем, усыпляющем. В мирном течением немирной уже жизни. Когда сюжетные линии таки появились - мне стало более интересно. Когда они переплелись - стало еще более интересно. А конец я тоже не смогла эмоционально понять и поверить - странный, надорванный, чем-то похожий на Достоевского.

А, вот, поняла, возможна, эдакая надорванность, на грани срыва, - роднит ранних героев Достоевского (почему раннии - потому что потом они уже не на грани срыва, они уже срываются) - с этим романом Окуджавы. Почему-то подумалась, что если человеку хорошо удается что-то одно - то уже не аксиома, что и смежная область ему также удасться. Видимо, всему в этой жизни нужно учиться...

Мне было интересно прочувствовать атмосферу наполеоновских войн (но, с другой стороны - разве мало этого было в школе у Толстого?). Но и скучно было как-то. Может, именно из-за того, что напомнило школьную программу, сильно веяло тоской...