Цитаты из книги AC/DC: Hell Ain't a Bad Place to Be

Бона прозвали "Дорожный тест Ронни", потому что он всегда вызывался попробовать новые наркотики первым. "Он мог употреблять любые наркотики, которые наука или природа могли сотворить", - вспоминал JB.

"Малькольм был провидцем, - говорил Ларри Фан Кридт. - Он не просто думал о гитарной партии. Я помню, как он говорил, что хочет быть парнем, играющим на гитаре, которая сама понимает, что делает".

В журналах и газетах ходила легенда о том, как старшая сестра (семейства Янг) Маргарет увидела аббревиатуру AC/DC на пылесосе и подала музыкантам идею. Хотя, по словам Дейва Эванса, это была идея жены Джорджа Янга Сандры, которая разглядела буквы на обратной стороне своей швейной машинки.

Одна проблема: у них все еще не было названия. Они решили вытянуть его из шляпы прямо на репетиции, правда, шляпы под рукой не оказалось. В итоге они взяли название AC/DC: никто из группы даже не может точно вспомнить, как оно пришло им в голову.

Позднее Малькольм Янг в интервью для австралийского журнала "Juke" скажет: "Мы все равно рано или поздно вернемся на первое место, так зачем же его покидать?"

Ангус Янг: "Я не думаю, что без Бона группа AC/DC была бы такой, какой она в итоге стала... Он был характером и вкусом AC/DC. Он был одним из самых дерзких людей, которых я встречал. Когда я впервые его увидел, Бон даже не мог говорить по-английски: его речь состояла сплошь из матерных ругательств. С ним все стало более приземленным и прямолинейным".

Никто не имел права говорить Янгам, что делать, и уж тем более какой-то лысый умник.

Когда парикмахер однажды сказал Ангусу, что ему нужно состричь свои длинные волосы, мать парней пришла к нему на следующий день и высказала все, что думает по поводу его советов. Никто не имел права говорить Янгам, что делать, и уж тем более какой-то лысый умник.

Он вспомнил листовку, разосланную некоторыми «уродцами Иисуса», которые окружали окрестности Зала Кобо в Детройте, где начался тур по США, в которой значилось: «Библия говорит, что Слово Дьявола – зло, и поэтому рок-н-ролл – тоже». «Я не помню, чтобы в Библии упоминался рок-н-ролл», – прохрипел он.

Малькольм спустился и крикнул: “Это девочка”, и я впервые увидел, как Ангус пил. Он взял бутылку Jack Daniels и сказал: “О, блин, отлично, друг” и выпил. Через пять минут его положили на чьи-то плечи и уложили спать. Никогда больше не видел его таким. Но он был просто до экстаза рад за своего брата, вы понимаете?

Единственным, на кого братья никогда не поднимали руку, был Бон: Ангус не делал этого, потому что слишком сильно любил Бона, Малькольм – потому что «Бон мог ударить в ответ, и это было ясно как белый день».

Столкнуться с «крепкими орешками» в драке – одно, а вот пережить нападение девочек-тинейджеров – все-таки другое, и, как оказалось, это было чем-то еще более страшным.