Убийство в спальном вагоне. Ловушка для Золушки. Дама в очках и с ружьем в автомобиле

Первые два романа этого сборника были уже когда-то прочитаны — ТЫЦ и ТЫЦ (ибо их есть в домашней библиотеке), а вот третья книга попала в хотелки в аудиоформате — просто вдруг захотелось приличного качественного небанального детектива. И Жапризо счёл мои невысказанные, но явственно прочувствованные ожидания вполне справедливыми и ответил взаимностью.

Накрут сюжета состоялся практически сразу — в своём фирменном стиле автор сообщает, что сначала работник вокзала нашёл в вагоне шарфик, а в следующем купе — труп. Вот так обыденно, без драматических ахов и охов — шёл-шёл, и нашёл — работа у него такая (это не сарказм, если что, это и правда у чела такая работа, осматривать вагоны прибывшего поезда сразу после окончания рейса). А дальше пошло-поехало — дело пошло в работу, начали возникать разные версии, стали появляться факты и детали, каждый из которых требовал проверки и уточнения — в общем, пошла рутинная работа следственного сыска по делу об убийстве (ибо насильственность смерти не вызывала сомнений).

Поскольку мы читали детектив от Жапризо, а не от Чейза, к примеру, то вовсе не попали в самый разгул преступности или в самый раскрут экшена, однако сюжет отнюдь не был ни скучным, ни простым — количестве смертей росло и возрастали риски появления новых жертв убийцы (или убийц?), да ещё и рассказчик то и дело менялся. И вот тут автор находит весьма неординарный сюжетный ход — в круг подозреваемых попадают совсем новые и весьма неожиданные при этом персонажи романа. И сюжет начинает играть новыми причинно-следственными связями и мотивами.

Ну, а убийца, само-собой, почтальон, чё тут гадать-то! (А вот это уже не имеет к роману никакого отношения).

Жили-были две девочки, Мишель и Доминика, вместе росли, вместе играли, а потом жизнь развела их по разным сторонам. Потому что Мишель, Ми, была богатой наследницей, а Доменика или До, была дочкой прислуги. Долгие пятнадцать лет До не видела Ми, потом все же встретила ее... на страницах светской хроники газет, подробно рассказывающих о насыщенной жизни золотой молодежи, которой и являлась Ми. Казалась, им больше не суждено встретится, но они все же встретились и вновь подружились. А потом все перечеркнул пожар, после которого выжила только одна из подруг.

Эта книга напомнила мне школьные уроки физкультуры, когда по весне нас выгоняли бежать кросс на время вокруг школы. Первый круг я обычно бежала стремительно и бодро, представляя себе, что вокруг ревут стадионы, а я чемпионка Олимпийских игр. На втором круге дыхание начинало сбиваться, стадионы вокруг уже сочувственно помалкивали. На третьем круге начинало колоть в боку, а в голове крутились непечатные мысли. Четвертый круг сопровождался призывами физкультурницы ускориться, при этом, подозреваю, бегущий класс поглядывал на нее так, как Екатерина Медичи смотрела на гугенотов накануне Варфоломеевской ночи. После пятого круга кросс заканчивался не за счет выносливости, а за счет упорства бегущих.

Ровно так же у меня сложилось чтение "Золушки". Вначале была интрига и огромный интерес, потом интрига приугасла, но интерес по-прежнему держался. Под конец книга выдохлась, как Кока-Кола, которую налили в стакан и забыли выпить. Чем больше автор подменял До на Ми и наоборот, тем менее логичным становилось повествование, пока наконец две героини окончательно не слились в одну. Конец дочитывался лениво, потому что все было и так понятно. Эх, а какое же интересное было начало! Ведь я не могла оторваться и с сожалением остановила чтение, чтобы, на следующий день его продолжить, как только появилась свободная минутка. Очень жаль, что автору не удалось пронести это напряжение и динамику сквозь весь роман.