Комментарии к пройденному

Если бы не фантастическая энергия АН, если бы не отчаянное его стремление выбиться, прорваться, стать — никогда бы не было братьев Стругацких. Ибо я был в те поры инертен...
О, боги! пошлите мне моего Аркадия...
Прежде чем приступить к работе они четко знали что они хотят, как это будет написано и о чем. Они уже вычислили свою формулу. Угадали? Я вас умоляю, умному человеку (тем более двум) достаточно логики, рассудительности и понимания природы своей натуры. Результат - сами знаете.
Писать пробовали по-разному. По предложениям, по абзацам, по страницам, по главам - чередуя. Один пишет, другой редактирует. Вместе пишут, обсуждая каждую фразу, пока она не понравится обоим. По разному в разное время.
Со стилем не было вопросов - стиль великого Хэма. Краткость, мужественность, энергичность.
Быть умным писателю необходимо. Ведь если ты хочешь писать, значит ты хочешь, чтоб это читали? Значит - печатайся. Значит - иди на уступки цензорам-идиотам.
О цензорах. До АБС не сразу дошло, что они действитель идиоты. Сначала казалось, что просто это такие хитромудровыделанные требования с намеком на политкоррекцию.
Мы ведь искренне полагали тогда, что редакторы наши просто боятся начальства и не хотят подставляться, публикуя очередное сомнительное произведение в высшей степени сомнительных авторов. И мы все время, во всех письмах наших и заявлениях всячески проповедовали то, что казалось нам абсолютно очевидным: в повести нет ничего криминального, она вполне идеологически выдержана и безусловно в этом смысле неопасна. А что мир в ней изображен грубый, жестокий и бесперспективный, так он и должен быть таким — мир «загнивающего капитализма и торжествующей буржуазной идеологии».
Нам и в голову не приходило, что дело тут совсем не в идеологии. Они, эти образцово-показательные «ослы, рожденные под луной», НА САМОМ ДЕЛЕ ТАК ДУМАЛИ: что язык должен быть по возможности бесцветен, гладок, отлакирован и уж ни в коем случае не груб; что фантастика должка быть обязательно фантастична и уж во всяком случае не должна соприкасаться с грубой, зримой и жестокой реальностью; что читателя вообще надо оберегать от реальности — пусть он живет мечтами, грезами и красивыми бесплотными идеями... Герои произведения не должны «ходить» — они должны «выступать»; не «говорить» — но «произносить»; ни в коем случае не «орать» — а только лишь «восклицать»!.. Это была такая специфическая эстетика, вполне самодостаточное представление о литературе вообще и о фантастике в частности — такое специфическое мировоззрение, если угодно.

Но нельзя быть полностью готовым к самодовольным, категоричным, идиотским отзывам на свои книги в прессе. Приводимые в книге цитаты "Из отзывов тех лет" сочатся кровью...

Но, даже с учетом всего... О, боги! пошлите мне моего Аркадия!

Какая чудесная вещь! Я в восторге. Отойду ещё не скоро. Сразу говорю- советую всем, даже тем, кто не читал Стругацких или читал мало и невнимательно. Гарантировано полное удовлетворение всех читательских ненасытных потребностей в отличном языке, приятном стиле, умеренном и колком юморе, а самое главное - вы проведете незабываемый вечер в компании умнейшего человека!

Любовь со Стругацкими у меня лишь с 2013, в копилке прочитанных книг всего 6 их произведений. Но мне было очень интересно прочитать комментарии к собственным творениям одного из интереснейших и талантливейших писателей прошлого века. Первая, скажем, 1/4 книги, если не меньше, посвящена краткой биографии, точнее жизни АБС до становления их как невероятного тандема фантастов. Тут и блокада Ленинграда, смерть отца, беспробудная безысходность, голод. Вторая часть "Комментариев..." как раз-таки и есть те самые комментарии Бориса к некоторым своим повестям, романам, рассказам. Все это приправлено такими дорогими сердцу словечками, как "похерить", "дерьмо", "твою мать!" и так далее. Авторы не стесняются в выражениях, они честны и открыты, они говорят правду о себе, откровенно рассказывают о неудачах, творческом кризисе, о негодности некоторых своих произведениях, прибавляя " Слава Богу!" к выражениям о том, что вещи долго не печатали или какую-нибудь повестенку, написанную по заказу или в коммерческих целях, не пустила цензура.

А вот вопрос о Великой и Всемогущей Цензуре тесно и надолго будет связан с творчеством братьев Стругацких. Борис иногда с пренебрежением, но чаще всего с горечью и болью рассказывает, как продирались через тупоумие редакторов, чиновников, сидящих в "Детгизе", "Молодой гвардии" и так далее. Отказы, обоснования (одни глупее других) сыпались на авторов порою беспробудно. Но писать в стол фантасты не хотели. Надо бороться. Истории о том, как они уродовали собственные романы, их названия, героев, убирали целые куски, вставляли совершенно нелепые абзацы, лишь бы угодить недалеким и могущественным цензорам поражают и ужасают. Неужели так и было? Неужели рука поднималась на это?

Но АБС все так же писали о волнующих их проблемах - о человечности, о возможности светлого будущего, о вере, они обличали зло, глупость, недалекость, создавали поистине добрых, отважных, справедливых и идеальных людей будущего.

Если вы хотите соприкоснуться с такими великими людьми, как братья Стругацкие, узнать,как создавались их великие и не очень великие произведения, прочесть про их работу с Тарковским, Германом, братьями Вайнерами, проникнуться отвагой и силой их духа - тогда эта книга для вас.

Эта книга писалась в конце девяностых (1997-1998), отдельным томом была опубликована в 2003 году, ко мне попала в две тыщи двадцать пятом, и если бы у меня было портативное устройство почты времени, я бы сейсекунд отправила бы её год этак в восьмидесятый, себе-школьнице. Представляю, как бы меня тогда бомбануло. Сейчас же писательские дневники людей, оказавших на меня сильнейшее, не поддающееся точной оценке, влияние, читаются уже не так эмоционально. Однако был момент, когда я подпрыгнула в кресле от неожиданности и побежала делиться новой информацией с другим фанатом произведений АБС. «А ты знаешь, — взволнованно частила я в полированный торец смартфона, — какой именно смысл вложили АБС в "Улитку на склоне"? Какой на самом деле был основной мессидж? А? А?» На стороне получателя моих немелодичных выкриков снисходительно посмеивались, не желая влезать в очередные баталии по поводу «Улитки»: сколько можно, уже тыщу раз обсудили и забыли. «Ага, так ты не знаешь, — торжествовала я, — так теперь ты узнаешь! Слушай!» Получатель обречЕнно затих и приготовился слушать. Поскольку читатели отзыва на ЛайвЛибе ни в чём, в отличие от получателя моих звонков, передо мной не виноваты, предоставлю им право самим решать, интересно им знать про тайну «Улитки», или они могут без этой тайны вполне обойтись. Вот такой я великодушный человек.