Сейчас, глядя через стол на девушку – вполне возможно, девушку моей мечты, – я знаю, что не женюсь на ней. Пусть ее Ирвином будет кто-нибудь другой – тот, кто через шестьдесят лет, сидя с ней за столом, посмотрит ей в глаза так, как будто без нее его жизнь была бы ужасна.