Four Complete Novels

Duty first and pleasure afterwards.

И я жил только ромом, да! Ром был для меня и мясом, и водой, и женой, и другом.

- На этого Бена Ганна можно положиться? - спросил он.

• Не знаю, сэр, - ответил я. - Я не совсем уверен, что голова у него в порядке.
• Если не совсем уверен, значит, в порядке, - сказал доктор. - Когда человек три года грыз ногти на необитаемом острове, Джим, он не может выглядеть таким же нормальным, как ты или я. Так уж устроены люди...

В иных краях человек проговорится двум-трем надежным дружкам — глянь, секрет и просочился наружу; у горных кланов тайна известна всей округе и свято соблюдается целый век.

Его вдруг охватывал тот страх перед законом и представителями закона, который по временам овладевает даже самыми честными людьми.

А те из вас, кто останется в живых, позавидуют мертвым!

Пьяница, задумавший отучить себя от своего порока, лишь в редком случае искренне содрогнется при мысли об опасностях, которым он подвергается, впадая в физическое отупение.

— Я не могу обещать, что когда-нибудь стану питать к нему симпатию, — сказал Аттерсон.
— Об этом я не прошу, — грустно произнёс Джекил, положив руку на плечо нотариуса. — Я прошу только о справедливости.

«— Они поссорились из-за каких-то научных теорий, — подумал он, и, так как науки его нисколько не интересовали, он даже с облегчением добавил про себя: — Ну, это пустяки!»

Я был первым человеком, которого общество видело облаченным в одежды почтенной добродетели и который мог в мгновение ока сбросить с себя этот временный наряд и, подобно вырвавшемуся на свободу школьнику, кинуться в море распущенности.