The Medieval World Complete

Отличная иллюстрированная книга, которую я читал в первый раз яркими сентябрьскими вечерами 2013, когда дочке было пару месяцев и я пытался охранять ее сон на балконе (первая попытка наладить взаимовыгодное сотрудничество). Теперь я решил этой книгой продолжить серию, начатую томами про искусство древних греков и римского мира , благо и издательство одинаковое. Но формат у этого издания другой, здесь автор предпринял попытку рассказать о средневековом европейском мире именно через визуальное восприятие, поэтому текста почти нет, только яркие образы.

Любое подобное издание, даже если оно претендует на всеохватность (о чем недвусмысленно намекает нам слово ‘Complete’ в заглавии), не может не отражать личных вкусов составителя. Приятно видеть, когда автор сам это понимает и предупреждает читателя, и это как раз тот случай. Стыдно признаться, мне в этот раз более интересными показались не сами изображения (все же это странно при чтении иллюстрированного издания), а вступительная статья, яркая, живая, в которой автор рассказывает о том, как менялось восприятие «средних веков» от гуманистов Ренессанса к романтикам и фашистам (не забывая про влияние на массовое восприятие кино – автор вспоминает не только старый Голливуд, но и "Невского" Эйзенштейна). Любопытно (хоть и не в первый раз) прочитать про то, как появилась псевдоготическая архитектура, столь характерная для западной академии.

Больше времени, чем чтение калейдоскопических глав про разные аспекты средневековой жизни, заняло у меня знакомство с кратким биографическим справочником. Кажется мне, что при прошлом прочтении я соскочил и не проработал аппарат (и это несколько лет саднило в памяти, казалось, что книгу я не дочитал), и зря, зря, именно это чтение дает, как мне кажется, большее представление о средневековом мире, чем все картинки, вместе взятые. Безумная мозаика фанатиков, пап, антипап, королей и императоров, интеллектуалов и женщин с видениями, постоянно меняющаяся политика партии (то поддерживаем бедную церковь, то гоняем этих радикалов, то прогибаемся под королей (французских), то пытаемся отстоять право светской власти папы), постоянно меняющиеся границы, пропадающие государства и новые империи. И просто человеческие жизни, со своими страстями и предубеждениями, жизни сначала на пепелище римского мира, потом в рамках полужесткого каркаса теологической фантазии пап/императоров, потом с черной смертью под боком. Сколько же человечество уже пережило систем, которые казались незыблемыми?