Повседневная жизнь Москвы в XIX веке

Книга из серии «Повседневная жизнь» (серии, надо сказать, весьма неровной с точки зрения качества подачи материала) предлагает продолжительный экскурс в жизнь дореволюционной Москвы. Город предстаёт перед читателем в разных оттенках сложного многослойного бытия.

Здесь и отставники-дворяне, и купцы, бородатые и безбородые, и городские низы,
и самое «дно», в лице пьяниц и проституток. Вера Бокова рассказывает
об интересных особенностях московской кухни, трактирах, ресторанах (в том числе о знаменитом «Яре»), харчевнях. Уже в позапрошлом столетии москвичи разбирались в сортах китайского чая, предпочитая купить подороже да получше. Поддельный чай в виде просушенной старой заварки пополам с иван-чаем продавали проезжающим на вокзалах. Однако чайных было мало, т.к. в них запрещалось отпускать алкоголь.

Несмотря на то, что многое из той стародавней жизни безвозвратно кануло в лету, характер города, на мой взгляд, сохранился и по сей день. Я вижу это, прежде всего, в выходные дни, когда в некоторых центральных районах исчезают офисные работники, и можно спокойно любоваться домами XVIII – XIX веков.
Москва с «божьими конурками» (М. Горький) видится той самой, дореволюционной. Вот-вот выскочит пролётка, пробежит, раскачиваясь, баба в ситцевом платке.

В своей книге автор сумела передать эту трудноуловимую атмосферу любимого мною города.

До фразы

у книги шансы еще были.

Первое знакомство с автором состоялось благодаря очень миленькому альбому издательства "Этерна" - "Безделюшки. Предметы домашнего обихода в фотографиях и воспоминаниях конца XIX-начала XX века". В книгу вошли фотографии коллекции Елены Владимировны, разбавленные цитатами из дореволюционных газет и мемуаров аналогичного времени. Потом мне попалась книга, посвященная дачной жизни, составленная по аналогичному принципу. Потом - книги о бабушках, дедушках, путешествиях... Пожалуйста, возьмите меня в исследователи! Я отдаю себе отчет в том, что даже сбор материла задача кропотливая (слава богу, опыт работы есть), но мне всегда казалось, что публикацией надерганных отрывков задача исследователя не ограничивается. Будем считать, что мне обидно. Ну хотя бы "составителем" назовите - где тут авторство? Нет, это куда лучше "Повседневной жизни русской усадьбы XIX века" товарища Охлябинина, на которую я плевалась летом, но в остальном качество серии оставляет желать лучшего. У Елены шире охват источников, но по сути эта та же свалка из цитат с неловкой попыткой связать их в единое повествование. Чаще всего такие попытки не очень удачны, дублируют предыдущие разделы, немного грешат против истины как в случае с щами из винограда. Вопрос на засыпку автору многочисленных книг по истории XIX века ценой в полторы тысячи: в каком году закончилась война 1812 года и где именно русские казачки собирали виноград? В ноябре на Березине? Или в декабре под Варшавой?
В целом, для неспециалиста (котором в этой теме я тоже являюсь) собран интересный материал, в книгу вошли и неопубликованные источники, что делает ее еще интересней, но при отсутствии какой-либо исследовательской работы можно и оригинальные издания прочитать. К тому же, очень сильно режет глаз постоянные прыжки от современной орфографии к орфографии источника. Понятно, откуда растут ноги: яти, если публикация дореволюционная или рукопись; современная грамматика, если цитируется по новым изданиям, но как же для меня это выглядит неаккуратно .
Надеюсь, что все-таки не все книги в этой серии такого качества - издан же в ней Пастуро, но с русской историей мне категорически не везет, теперь даже не знаю, стоит ли браться за "Приметы и суеверия", которые, наверняка, "написаны" в той же стилистике и в том же качестве.

Тема книги крайне интересная, что не удивительно: самое начало 19 века, романтизм, ампир и т.п. Перед автором снимаю шляпу уже за то, что она проделала огромнейшую работу по поиску, отбору и систематизации множества источников о том дивном времени, полном переломных моментов в истории могущественной державы.

Правда, вся книга получилась сплошь из одних цитат всех этих источников: книг, воспоминаний, газет, журналов, сборников и пособий той поры. Воспринимать такое сложно, во всяком случае мне. Да, деление на тематические главы, описывающие тот или иной аспект жизни, удобен для восприятия и построения целостного образа эпохи. А мне хотелось больше художественности, что ли, или же экспертного мнения самого автора. Но получился большой реферат, состоящий только из цитат.

Не знаю как у вас, но меня эта книга заставила не хило так понастальгировать. Довольно неожиданно и непредсказуемо это было в начале, я вам скажу. Началось все довольно спокойно, без особых восторгов и воспоминаний - нам рассказали про приметы для новорожденных, суеверия охотников, свадебные приметы, а также упомянули про луну и ее положение к тебе по ходу движения. А потом была глава про домовых, чуднЫе дома и вот тогда случилось первое воспоминание, которым я вполне могла бы дополнить книгу.

Моя бабушка всегда допускала наличие нечто таинственного и необъяснимого в жизни, поэтому не удивительно, что с ней переодичеки случались подобные мистические истории. Одна случилась, когда бабуля уже жила одна - с мужем она была в разводе, дети выросли и разъехались, животных на тот момент у нее не было. Было утро и она вешала шторы в гостиной. С правой стороны, вдоль стены стоял диван, а над ним висел цветок, в таком металлическом держателе, который прикручивался болтами в стену.
Так вот бабуля вешает себе спокойно шторы, дома тишина, в какой-то момет поворачивает голову в сторону дивана и видит, что цветок стоит на нем, хотя несколько минут назад висел на стене... Держатель целый, цветок тоже, земля не просыпана, ощущение, что его просто сняли и поставили на диван. Жутковато, но не для бабули. Она уверена, что это домовой шалит и "показывает", что цветку там не место. В итоге, перевесели его, дабы не провоцировать домового на новые неовольства.

Отдельный шарм книге придает, конечно, манера изложения - ты читаешь письма старых времен, или будто слушаешь местные байки. У каждого из нас, вероятно, в детстве были такие истории, которыми пугали, расказывая с жуткими подробностями, приукрашивая для пущей атмосферы. Поэтому когда знакомишься с книгой, постепенно появляется ощущение близости и чего-то родного.
После примет с домами пошли гадания. Ух, где я не сомкнула глаз ни на минуту и "проглотила" главы за кратчайшее время. И тут у меня для вас снова дополнительна история, также рассказанная бабушкой, но случилась она уже с моей прабабкой. А было все вот как:

Есть такое гадание на имя будущего мужа (о нем упоминается в книге, в том числе). Девки собираются в доме у одной, выходят во двор, встают спиной к воротам, снимают башмак и выкидывают его за ворота. Куда указывает носок сапога - туда и идут до первого встречного мужчины, у которого спрашивают имя. Как представится, так и будут звать твоего мужа. А теперь представьте, моя прабабушка, в окружении подруг, все молодые девчонки, решили позабавиться вот таким гаданием. Когда очередь дошла до прабабки и она пошла по дороге, куда указал носок сапога, ей встретился мужчина, она, как полагается, спросила его имя, но вот ответа не ожидала. Тут стоит заметить, что жила она в Нижнем Новгороде, небольшом русском городе в 400 км от Москвы. Так вот, звали того мужчину Ермолай. Днем с огнем такого второго не сыщешь. Да только гадание сбылось с небывалой точностью! Прадедушку звали Ермолай Канонович, а отчетство моей бабушки в сочетании с именем всю жизнь не могли выговорить ее коллеги и знакомые - Тамара Ермолаевна.

Далее нас ждала пожалуй самая мрачная часть книги - истории про предсказания смерти, приметы и суеверия, странные договоренности и летаргические сны. Порой было жутковато и удивительно читать это все. Тут особо запомнилась глава про предсказание смерти Пушкину. С удивлением обнаружила, что этого факта о его жизни не знала. Т.к. в то время было довольно модно ходить к гадалкам, а Пушкин на всевозможные суеверия и приметы был очень чувствителен, то его эти походы тоже не обошли стороной. Через один, если не все гадалки, предсказатели или просто странноватые люди говорили Александру Сергеевичу, что он погибнет от белой головы. Кто-то был более точен и говорил, что это будет мужчина со светлыми волосами. Предсказание сбылось - Дантес был блондином, а его выстрел смертелен для Пушкина.

Далее пошли выдержки из писем, где рассказывалось, как люди сами предсказывали либо свою смерть, либо смерть близких родственников. Поделюсь еще одной историей своей бабушки:
Трактование снов - это еще одно удивительное умение моей бабули. Она могла настолько точно разложить по полочкам любой самый бредовый сон и вот, он уже не казался тебе таким уж бредовым и заставлял задуматься над тем, что у тебя сейчас в жизни происходит. Помимо расшифровки снов, у бабушки бывали и вещие сны, не очень радостные, но чего уж жаловаться.
Был один сон, который повторялся у нее 5 раз в самое разное время - она видела во сне большое раскидистое дерево. Какое именно, я уже не помню, если честно, но дерево всегда было одно и тоже. Этот сон означал, что скоро, в ближайшие пару недель, кто-то из нашей семьи умрет. Этот сон снился 5 раз - перед смертью ее родителей, сестры и брата, моей мамы. Каждый раз она знала, что кто-то умрет. И это было не из разряда "мысли материальны, о чем думаешь то и слуается". Это скорее просто был знак, т.к. все очень сильно болели и этот сон просто отмерял время что ли. Не знаю.

К оставшимся главам у меня историй больше нет, но почти с самого начала я внутренне благодарила ДП, случай, высшие силы, да все, что угодно, о том, что эта книга попала ко мне в руки. Она подарила мне приятные воспоминания о разговорах с бабушкой. Именно она научила меня видеть и чувствовать порой такие вещи, которые другие люди не замечают.
Совсем скоро будет 5 месяцев, как бубули не стало. Историй больше не будет, только воспоминания в моем сердце.

***************
Я нахожусь в Москве, другой Москве, не в той, в которой много хачей и много китайцев, собирающихся толпами на Красной площади, а после бредущих в бар, чтобы взять дешевое бухло, не в той, в которой есть Москоу-сити, с высоты которого можно обозреть город, всего за 500 рублей, и в не в той, в котором нужно, как Данко освещать путь сердцем, чтобы найти истинных москвичей. Эта Москва совсем другая, Москва 19 века, кажется, она ни что не похожа. Деревянные дома, выходишь и попадаешь на улицы, на которых чувствуются ароматы нечистот, и, кажется, не стоит пить воду. Зато можно есть пироги и не думать о технологии их приготовления, зато можно ходить на балы и посещать трактиры, выбирая по душе свой разряд, и совсем не важно, что могут попадаться будочники: не свою территорию они не трогают. Главное - не выдать секрет оливье, особенно фирменного соуса. А если захочется напиться, то стоит направить свой путь в Китай-город и в нем найти заведение Бубнова, желательно попасть в подвал, конечно же, но туда не так-то просто попасть. И не будет здесь никаких Макдоналдсов или Бургер-Кингов, нет. Будут харчевенные лавочки, кондитерские и питейные заведения, и не важно что к еде последние не имеют отношения и где ёрш - это совсем не то, что сейчас, хотя и близко, да и пьют в Москве 19 века не так, как сейчас, это потому, что "не то что, раньше, когда деревья были зеленее, а люди добрее".
И чтобы получить звание водохлеба, надо пить совсем не то, что вы подумали. И этого должно быть примерно 30-35 стаканов за вечер. Встречаются и ночные заведения, в которых подают этот напиток.
А дальше путь пройдет по Рядам, в которых можно не только делать покупки, но и участвовать в играх и смотреть зрелища, слушать бродячих музыкантов, потому что Ряды - это такая точка сбора разного люда.
Были здесь и кошки, и собачьи стаи.
И пусть новая современная Москва богата на представления и зрелища, старая же не отстает. Вот хочется зрелищ, идешь на улицу, а там или пожарные тушат пожар, или кто-то драку устроил, или свадьба, или арестантов ведут, или фокусники шоу показывают, неважно, что это будет. Главное - все это абсолютно бесплатно, можно ли такое себе такое представить сейчас, кажется, что почти невозможно.
Москва - такой город, о котором можно долго и много говорить, независимо от отношения к нему, любовь ли, ненависть ли, или просто безразличие. Но хотя бы раз стоит отправиться в путешествие в Москву...19 века, а вы что подумали. Билетом для путешествия может быть книга Боковой, которую стоит использовать дозированно и строго соблюдать инструкцию по применению, ибо в пути может встречаться огромное количество цитат, которые, с одной стороны, погружают в атмосферу города, но, с другой стороны, могут тормозить путешествие и отвлекать внимание, но и без них тоже никак нельзя. Зато билет включает в себя наблюдение за жизнью купцов, дворян и власти в их естественной среде, позволяет посетить питейные и съестные заведения, ярмарки и базары, посетить так называемые нехорошие места, поучаствовать в гуляньях. Иллюстративный материал поможет не затеряться во всем многообразии тем, к сожалению никаких гугл-карт не будет, ориентироваться придется, полагаясь на зрительную память. А если захочется изучить вопрос подробно, то стоит воспользоваться библиографическим списком, в котором автор любезно указывает отсылки на другие источники. На все путешествие рекомендуется затратить минимум 2 недели, а желательно месяц, дабы успеть насладиться прогулками по Москве 19 века в полной мере. А сейчас пора возвращаться в Москву...

Поставила 7 баллов. Занимательно. Много фактического материала. Видно, что в отличие от книги этого же автора про суеверия материал творчески перерабатывался. С одной стороны, этикет был игрой, почти театральной (автор даже приводит случаи из театральной жизни ХХ века, когда актерам приходилось изучать правила этикета XVIII–XIX вв., чтобы постановки выглядели правдоподобно). С другой стороны, этикет — это строгие правила приличия, и у истинных аристократов (бар) они просто в крови.

Лаврентьева не гнушается конкретными примерами, и ни одна «московская барыня» не уйдёт от неё обиженной. Князь такой-то — воспитанный-воспитанный, со всеми очень вежливый такой, настоящий аристократ: кому руку жмёт, кому для поцелуя подает, кому вообще один палец протягивает (иногда даже приличный). Сразу видно, как ровно со всеми ведёт себя. Или какие бонтонные дамы высшего света: эмоции скрываются, всем улыбочки, злобный оскал веером прикрывают, а в туалетной комнате горничных (или фрейлин, если они царицыны) булавками колють. Воспитанные, не то, что нынешнее опчество. Вы только вчитайтесь:

Лепота!

(О, это они ещё в те времена не насмотрелись индийских фильмов латиноамериканских сериалов!)

Про визиты глава замечательная, особенно смешны анекдоты про перепутывание визитных карточек. Вот насколько сейчас лучше живётся: отправил кучу виртуальных открыток и подарков, статус в «Одноклассниках» поставил — «С Новым годом!», и сидишь под ёлочкой, шампанское попиваешь... Хорошо! Ах, но и шампанское надобно пить по этикету. Особенно, дегенератам аристократам. И в перчатках, чтоб они лопнули (но ни в коем случае не испачкались).

Понравилось про кисейные прозрачные панталоны у Пушкина (ох, и забавник был этот «Наше Всё»). Общество же ему попалось воспитанное: сделали вид, что так и надо, но барышень постарались увести. А говорят, дуэли тогда за оскорбление были... Этикет такой. Этикет.

И барышням, оказывается, глазками стрелять ни в коем случае нельзя. (Зато замужним дамам можно. Ага!) И «старыми девами» становятся только после 50 лет (?). А в 16 — первый бал! Забавно. А вот государи-императоры, надо же, были скромны в быту и умерены в еде (и Александры, и Николаи, ага-ага).

А как хороши поучения сыну, отправляющемуся в ученье! Уже выписала и внуку читаю по вечерам. А уж орфография писем, сохраняющая дух того времени, — чудо как хороша!

Столько в этой книге всего интересного, столько интересного, но, спрашивается, какой этикет в рассказе про декабристов, ремесленичающих в остроге? Такое ощущение, что автор захлебнулся в обилии материала.

Интересно, правда. Много нового. Самой хочется поделиться новыми знаниями (хотя они, скорее, из сборника исторических анекдотов). Вот читаю, и нравится мне такое регламентированное общество: красиво, дамам ручки целуют, беседа лёгкая, учтивая, за столом, вообще — вкусно, красиво, люди все приятные, мясо едим так, рыбу этак...

Рецепты приготовления фуагра по-русски (когда печенку жарят в живом гусе) шокировали, лосося от лососины я теперь отличу, но при чем здесь этикет — так и не поняла. Разве что Лермонтов, отказываясь есть жареных галчат, его нарушил. Ну и к чёрту такой этикет (ой!), я тоже ни разу не голодала так, чтобы есть что попало (а уж Михаил Юрьевич и подавно).

Приятная и полезная книга. Только длинновата. Многие цитаты повторяются. Хотя, возможно, просто очень похожи (прямо, как сообщения на некоторых форумах). Возможно, Лаврентьева охотилась на дроздов интересные факты, а потом просто написала между ними связующий текст — и получила балет книгу.

ДП-2017, август, основное задание.