Цитаты из книги Стража! Стража!

Есть люди, которые занимаются тем, что крадут деньги. Все понятно, это и называется воровством. Но есть и другие люди, которые одним небрежным словом способны украсть у людей человечность. Это уже нечто другое.

Он был не в восторге от гномов и троллей. Честно говоря, ему вообще мало кто нравился. Но он каждый день вращался в их обществе, а потому имел право на такое отношение. А когда всякие жирные идиоты начинают разглагольствовать на темы, как, мол, опустился Анк-Морпорк…

– Атеизм Это Тоже Религиозная Позиция, – прогромыхал Дорфл. – А вот и нет! – воскликнул констебль Посети. – Атеизм – это отрицание богов. – Следовательно, Это Религиозная Позиция, – заключил Дорфл. – Ведь Настоящий Атеист Постоянно Думает О Богах, Пусть Даже Отрицая Их. Поэтому Атеизм Является Формой Веры. Ведь Если Бы Атеист Действительно Не Верил В Богов, Ему Было Бы Все Равно, Существуют Они Или Нет.

Насколько ему было известно, существует много богов. У каждого ремесла есть свой бог. Есть бог попрошаек, богиня проституток, бог воров, может, даже бог убийц из-из угла.

Древнейший инстинкт зверей и стражников: преследуй все, что убегает.

Человек должен думать своей головой... Проблема в том, что люди начинают думать, только когда им прикажут.

- Говорят, лучше один раз зажечь свечу, чем вечно проклинать темноту, капитан.

Странно видеть арсенал в городе, который в качестве средства победы над врагами целиком полагается на обман, подкуп и ассимиляцию, но, как сказал однажды сержант Колон, после разоружения противника нужно же где-то хранить то, что у него отобрали.

Моркоу вернулся к столу, нашёл клочок бумаги и, мучительно подбирая слова, нацарапал: «Ушол Баротся С Приступлением. Пажалуйста Зайдите Позже. Спасибо». Стр. 143

Мертвецы могут и подождать, мертвее не станут.

- Как ты умудрился насолить стольким людям одновременно? - Видимо, сказался мой профессионализм, сэр.

Библиотекарю нравились люди, которые любили и уважали книги, а лучшее проявление этих чувств — это оставить книги на полках, где им и предназначено быть самой природой.

Тысячи лет назад образовалась Морпоркская империя, которая заявила всему миру: «Не воюй, не то я уничтожу тебя». И сейчас произошло то же самое, только слова, обращенные к миру, были несколько иные: «Если ты будешь воевать, мы отзовем закладные. И, между прочим, ты наставил на меня МОЮ пику. И это я заплатил за щит, который ты держишь. И сними мой шлем, когда разговариваешь со мной, ты, маленький вонючий должник».

– Привет, Себя-Режу, – рассеянно поприветствовал Ваймс. – Чем торгуешь? – Штука самая что ни на есть реальная, капитан. – Достабль наклонился чуть ближе. Он принадлежал к тому типу людей, в устах которых обычное пожелание доброго утра звучит как уникальное-случающееся-раз-в-жизни-только-сегодня предложение.

Человеческая природа – это удивительная вещь. Главное – нащупать рычаги.

Вот уже несколько лет он не покидал своей просторной комнаты, но это мало его тревожило, ведь большую часть времени он проводил внутри своей головы. Для некоторых людей тюрьма – вовсе не наказание.

Когда решаешь крикнуть миру о том, кто ты есть на самом деле, испытываешь невероятное облегчение, узнав, что кричать можно и шепотом.

— Проблема в том, — пожал плечами господин Боггис, — что эта работа сводит людей с ума. Выбираешь нормального, здравого человека, не хуже и не лучше нас, а через парочку месяцев глядишь: он уже разговаривает с травой и свежует людей заживо. — Но Витинари не сумасшедший. — Э-э, не скажите. Только абсолютно чокнутый может столь здраво мыслить и все предвидеть.

- Гордость - это, конечно, здорово, - объяснил он, - но колбаса есть колбаса.

- Фред, я ничегошеньки о лордстве не знаю! Я не хочу носить элегантную одежду, танцевать на охотах, охотиться на балах и все такое!