Смерть и конюший короля

Краткое содержание пьесы. Где-то в африканской глубинке в годах этак сороковых двадцатого века, века прогресса и цивилизованных людей, умирает африканский король. Через месяц после этого за ним должен отправиться его конюший Элесин. Подготовка к отбытию последнего идет полных ходом, соблюдаются все необходимые ритуалы. Но про предстоящее самоубийство становится известно региональному инспектору. Он, исполняя свой долг, останавливает ритуал и спасает Элесина. В ту же судьбоносную ночь в родные края возвращается старший сын конюшего короля Олунде. Когда он понимает, что отец его избежал ритуального самоубийства, то пускается в пляс и благодарит английских господ от всего сердца за спасения драгоценной жизни конюшего. Все счастливы, все африканцы отворачиваются от старой варварской веры и становятся ревностными христианами. Как вы уже поняли, финал я выдумала. На самом деле сыну пришлось занять место отца, чтобы завершить ритуал, потому что Элесина инспектор взял под стражу, заковал в кандалы и не позволил исполнить ему свой долг.

Что скрывается за описанными действиями. Не берусь выдавать себя за знатока драматургии или африканской культуры, но варварское поведение от культурного отличить в состоянии. Если откровенно, то я не понимаю как наша планета могла вскормить таких жестоких и слепых к здравому смыслу людей, как некоторые персонажи данной пьесы. Устами молодого африканца автор делится с читателями о наболевшем:

Вот вам одна из характернейших ошибок англичан. Вы считаете, что здравому смыслу можно научиться только у вас.

Под знаменем благих намерений европейцы уничтожили не одну цивилизацию, с благими намерениями они грабили и оскверняли святыни, с благими намерениями убивали неверных. Представьте, что пчела вдруг решила наставить на путь истинный муравья. Она ему и так, и эдак объясняет и показывает как собирать пыльцу, вполне ясно вырисовывает свою картину мира, открывает местоположение самых цветастых лугов, а муравей.. продолжает жить под землей и чихать вообще хотел на все цветы мира. Кошмар! Безумие! Какое здравомыслящее насекомое захочет жить под землей?! - восклицает пчела, убитая равнодушием муравья к ее советам о том, как правильно жить.

Ты постоянно советуешь нам, как надо жить, только вот неведомо мне, какие боги дали тебе право быть нашим советчиком.

Может показаться, что Воле Шойинка в своем произведение затрагивает вопрос расизма, только мне думается, что идея пьесы зарыта еще глубже. Тут нечто большее, чем неравенство культур (о столкновении и говорить нечего, им тут не пахнет). "Смерть и конюший короля" - это иллюстрация европейской слепоты и равнодушия, полного и бесповоротного, когда отношение не то, чтобы отрицательное, а нулевое, или даже вакуумное, если можно так выразиться. Ведь по правде сказать, европейцы настоящие дикари и, уж простите за такую откровенность, идиоты. Они слепы не только по отношению к чужой культуре, но и к миру в общем. Им логика безумна, а поведение в высшей степени неразумно.

Пилкингс (Ийалодже). Надеюсь, ты понимаешь, что тебе придется отвечать, если они начнут здесь какую-нибудь заваруху? Я приказал своим людям стрелять без предупреждения при малейшей опасности. Ийалоджа. Ты хочешь смертью предотвратить смерть? Мудрость белых бездонна и безгранична!

Но при всем этом белые позволяют себе быть судьями. Именно по этой причине мы там, где мы есть. Но почему так произошло? Как так получилось, что естественный ход вещей был заражен вирусом безумия? Как мир допустил такой несправедливости? Невероятно точно и ёмко по этому поводу высказался Олунде:

Белые умеют выживать – вот что я в конце концов понял. По естественным – и природным, и логическим – законам они должны бы истребить друг друга в этой войне, должны уничтожить свою пресловутую цивилизацию и вернуться к варварству, которое они приписывают черным, – так мне сначала казалось. Но потом я осознал, что умение выжить – вот ваше высочайшее искусство. Будьте, однако, немного скромней – предоставьте другим выживать по-своему.

Скромней белые быть не хотят, так что до сих пор мир пытается выжить именно по-европейски.

Умирает король, и верховный вождь должен быть похоронен вместе с ним. Ну не дичь ли это?

Самурайские традиции в нигерийской Африке! Чёрный континент всегда был лакомым кусочком для мировых держав, но как недалеки власть имущие в своем поведении к нигерийцам и их верованиям.

Дальше...

Конечно же, автор на стороне бунтарей своего народа. Даже сын конюшего, покинувший страну для обучения в Англии, через четыре года вернулся на родину, где совершил ритуальное самоубийство вместо отца, которому англичане помешали это сделать за себя

Сын стал отцом, а отец – тенью.

То есть предотвратив одно рукоприкладство (полное смысла для этого народа), они подтолкнули к самоубийству словами автора "новый побег" ради старого. Таковы традиции, непредусмотренные "белыми". Ппротивостояние чёрного населения с его патриархальным,традиционным укладом, который не искореняется даже учебой в Англии

Я ведь провел у вас на родине четыре года. И понял, что ваши соотечественники презирают все им непонятное

и белых англичан есть главная идея пьесы. Наряду с ней, нобелиат широко представляет картину быта нигерийцев, а также образ жизни англичан во время войны и в Нигерии. Событий немного: в центре пьесы бал, названный "терапией в британском стиле. Попыткой сохранить разум, когда весь мир сошел с ума." (события происходят в 1946 г.) Превосходная пьеса, написанная ярким языком! Под огромным впечатлением!

«Колониальный режим – лишь внешнее обрамление, сюжетный катализатор разыгравшейся драмы», - предостерёг меня перед прочтением пьесы Воле Шойинка. Ладно, думаю, я человек антропологически опытный, тренированный на «планете Меа Шеарим». Кто не знает: в Израиле это место компактного проживания ультраортодоксов, чьи жёны бреют себе головы, рожают по 10 раз, а мужья не работают, потому что весь день заняты молитвой. Упаси меня тень Эйнштейна от того, чтобы критически судить об их образе жизни - или жизни другой общины с её верованиями, традициями и ритуалами. Надеюсь на взаимность с их стороны. И всё же оказалось непросто отрешиться от культурного шока! При том, что готова принять любую экзотику, ем личинок в Тай-Пе и заквашеную рыбу в Финляндии, а во Франкфурте обняла бородача-мусульманина, который нёс табличку «Я не террорист, обними меня!» Потом говорю ему на ушко: «Я еврейка из Израиля». Но это совсем про другое... Про смерть. Сразу прекращаются хаханьки, и что-то у нас внутри встаёт по стойке смирно и отдаёт честь. Не правда ли? Сл смертью не шутят. Кто клянётся, что не боится и готов, тот, мне кажется, лицемер или лишён воображения настолько, что надеется жить вечно, поэтому произносит пустые слова. Что только не придумано, чтобы помочь человеку справиться с ужасом перед неизбежным! За какие причудливые алогичные идеи хватается парализованный страхом разум, как крепко держится за успокоительные сказки, рассказанные воспитателями. И вот автор пьесы знакомит нас с культурой, в которой страх смерти побеждён необычным для европейца образом. Когда умирает король, убивают его коня и собаку. А затем совершает самоубийство конюх. Он играет роль мистического провожатого в загробный мир, гаранта процветания народа. Похоже, эта схема работала веками, линии королей и конюхов никогда не прерывались. В виде страховки тем и другим позволялось брать любых женщин племени. Однако наступает момент, когда стройная система даёт осечку. Почему? Автор требует, как было сказано вначале, поверить в то, что приход белых тут ни при чём. Что внезапное осознание конюшего притягательной силы жизни и любви никак не связано с контактом с культурой гуманизма, ценности человеческой жизни. Да, судя по ритуальным гимнам, упоминающих о трусливой возможности «не пойти вслед за королём», были уже прецеденты. Иначе бы не потребовалось гипнотизировать себя песнопениями и заклинаниями. Но, думаю, без влияния белых всё-таки не обошлось. Сын в Англии, невольно задумаешься о том, что есть альтернатива традиции. Есть жизнь вне смерти... Англичане в этой истории выглядят чрезвычайно странно! Мне этот момент понравился больше всего. Наблюдаешь за Пилкингсами и видишь их одновременно и правыми, и неправыми. Незлыми по сути людьми, пытающимися предотвратить бессмысленную, по их мнению, кровавую драму. И надутыми идиотами, снобами, поганящими жизнь людям, которые их к себе не звали. Читала и вспоминала «Хождение Джоэниса» Шекли, одну из моих любимейших книг на все времена. По-моему, что ни делаешь в чужой стране, обязательно получится хуже. У Шекли вообще есть превосходные, сильнейшие рассказы о том, как глупо лезть со своим уставом в чужой монастырь. «Чудовища» Роберт Шекли , например. Хотя на этом месте снова напоминаю себе, что Шойинка просил историю до «колониальной драмы» не упрощать. Видимо, каждому стоит решить самостоятельно, что в этой пьесе первично, «бремя белых» или победа либидо над мортидо.