The Jeeves Omnibus: Vol 1

Признаюсь вам, чем дольше я живу, тем яснее понимаю, что главное в жизни - это твердо знать, чего ты хочешь, и не позволять сбить себя с толку тем, кому кажется, будто они знают лучше.

Чем меньше вы жаждете видеть гостя, тем он пунктуальнее.

Я решил вернуться в Лондон и смело, как подобает мужчине, встретить опасность: затаюсь у себя в квартире и велю Дживсу отвечать всем, что меня нет дома.

– Берти, мы учились с тобой в одной школе.
– Это не моя вина.
– Уже пятнадцать лет мы близкие друзья.
– Знаю. И мне предстоит искупать этот грех всю оставшуюся жизнь.

- Он любит разнообразие, - пояснил я. - Сначала мясницкий нож, потом косарь. разносторонняя личность. Богатая, артистическая натура.

- Берти, - с укором произнес он. - Когда-то я спас тебе жизнь...

• Когда это?
• Разве нет? Значит, кому-то другому.

Возможно, у нее было золотое сердце, но первое, что бросалось в глаза, - это золотые зубы.

- Дживс!

• Да, сэр?
• Ещё бренди!
• Сейчас, сэр.
• И что вы носите его в маленьких рюмках, как будто это радий? Несите бутылку.

Я считаю, что она классная девушка, а она считает меня чокнутым, так что мы прекрасно ладим.

Но вы заметили, что слишком хорошо в жизни долго не бывает? Только разомлеешь от блаженства - и тут же получишь по шее.

Расчувствоваться-то он расчувствовался, только не в том направлении.

...есть такой тип женщин — их уважаешь, ими восхищаешься, перед ними благоговеешь, но издали. Если они делают попытку приблизиться, от них надо отбиваться дубинкой.

Телеграфируйте ему: пусть утопится в деревенском пруду и оставит нас в покое.

Порой жизнь вынуждает нас шевелить извилинами...

...Вода почему-то гораздо мокрее, если ныряешь в одежде; отчего – не знаю, но можете мне поверить.

– Об этом я как-то не подумал!
– Самое время начать думать.
– О, черт меня возьми!
– Удачная мысль.
– Чтоб мне сквозь землю провалиться!
– Тоже неплохо.
– Какой же я идиот!
– В самую точку.

Мы, Вустеры, свято чтим вековые традиции гостеприимства, но, когда гость оккупирует вашу постель, тут уж не до традиций. Я запустил в него башмаком.

Странное действие оказывает на человека голод. Никто не знает, что мы способны выкинуть, когда он начнет нас терзать. Дайте самому уравновешенному человеку хорошенько проголодаться, и от его уравновешенности не останется и следа.

Я повернулся к тете Агате. Вид у нее был такой, словно на нее сзади налетел курьерский поезд, когда она мирно собирала на рельсах ромашки.

-У мистера Литтла неприятности, сэр?
-Можно сказать и так. Он влюбился.