Цитаты из книги Секрет

Но нельзя исключить, что гуляющие в одиночку как раз и хотят одиночества.

В меланхолии нет никакой романтики. Это был лишь красивый синоним депрессии.

Секс — это в первую очередь капитуляция, умение таять с каждым мгновением.

Единственное, что стоит между вами и вашей настоящей жизнью — это страх. Не забывайте об этом.

Одно дело, когда на тебя смотрит желанный мужчина, и совсем другое, когда любимый.

Я улыбалась и кивала, не считая нужным возражать и удивляясь, насколько искусно мы лжем себе, когда боимся знать правду.

Но С.Е.К.Р.Е.Т., среди прочего, научил меня важнейшей вещи: приобретенный опыт не допускал самообмана.

Когда-то я боялась мира. Сейчас мне было больно, но страх ушел; ему на смену явилось честное осознавание самой себя. Я знала, что к чему. Мне было тяжело, но я переживу это и стану сильнее. Я знала, чего хотела. Знала, что нужно делать.

Моя жизнь приобрела надежный, устойчивый ритм: работа, дом, чтение, сон. Ах да: работа, кино, дом, чтение, сон. Выбиться из него было бы не так уж и трудно, но я попросту не могла. Мне казалось, что со временем я автоматически вернусь к полноценной жизни и даже найду себе пару. Настанет волшебный день, когда пустота вдруг заполнится и я заново вольюсь в мир. Как будто повернут выключатель.

Я подумала: вот оно, жить с мужиком, и вот оно, жить с бабой. Мотает между счастьем и унынием, любовь отдает неприязнью, всякое твое действие то нравится, то не нравится. Вроде никто никому не хозяин, но ты должна считаться с его желаниями и нуждами: одни удовлетворяешь, другие – нет, никогда. Нужно ли мне это сейчас? Хочу ли я кому-то принадлежать?

Ты кажешься более… собранной. Ну, может быть, более уверенной, даже не знаю. Я всегда думал, что ты такая, но не ожидал, что ты такой и окажешься. До последнего времени. В последнее время ты стала просто… больше собой. Глядя на него сверху, я улыбнулась лучшему комплименту в моей жизни. – Знаешь, ты прав. Наверное, с недавних пор я действительно стала больше собой.

Как это назвать, если вы жаждете кого-то, а когда наконец оказываетесь вместе, то он дает вам именно то, чего вы хотели? Как это выразить, если восторгом наполняются сразу сердце, мысли и тело? С другими мужчинами мне было очень хорошо физически, но сердце мое никогда не пробуждалось полностью.

Когда мы проходили мимо столика Матильды и Кит, обе сверкнули браслетами. Я ответила тем же. А потом точно так же мне помахала со сцены Анджела, и ее подвески ярко блеснули в свете софитов.

Мне пришло в голову, что на нем тоже маска, но она не скрывала от меня его истинный облик. И если под моей таились обычные женские страхи и неуверенность, то в нем я рассмотрела угрозу. Он использовал женщин и после терял к ним интерес. Он был прекрасен для ночной фантазии, но жить с ним бок о бок было нельзя. – Я не твоя, – шепнула я. – Скорее, совсем наоборот.

Черно-белые напольные плиты складывались в спиральные узоры и в итоге образовывали герб, красовавшийся в центре. На нем была изображена ива, под сенью которой стояли три нагие женщины с кожей белой, коричневой и черной, а ниже бежали слова: «Nullum judicium. Non limitat. Nulla verecundia». – Что это значит? – спросила я у Клодетт. – Наш девиз: «Не осуждать. Не знать пределов. Не стыдиться».

...это фантазия, и мужчины, которые ее воплощают, далеко не всегда хороши как спутники жизни. Ловите момент, наслаждайтесь им, но не держитесь за него.

– Дело не в том, что он плохой человек, Кэсси, – ответила она. – Он щедр и умен. Но и опасен для любой женщины, вообразившей, будто он способен на большую близость, чем на самом деле.

Я была благодарна Матильде и С.Е.К.Р.Е.Т., но мне становилось все труднее противиться проснувшемуся и крепнувшему стремлению к союзу с кем-то единственным и неповторимым.

Мужчина, которому не смириться с тем, что здоровая одинокая женщина, не связанная никакими обязательствами, вступает в интимные приятные и безопасные отношения со взрослыми, добровольными партнерами, не стоит вашего времени. К тому же, Кэсси, вы вовсе не обязаны отчитываться перед новым возлюбленным во всех своих похождениях, особенно если это нисколько ему не вредит. Особенно если это пойдет ему на пользу!