Малое собрание сочинений

Одет он был в новешенький нарядный гроб.

Вокруг нас находилось многое - и материальное и духовное, - что я не могу точно описать: тяжесть в атмосфере... ощущение удушья... тревога и, прежде всего, то ужасное состояние, которое испытывают нервные люди, когда чувства бодрствуют и живут, а силы разума почиют сном.

Тот год был годом ужаса и чувств, более сильных, нежели ужас, для коих на земле нет наименования.

– Ты победил, и я покоряюсь. Однако отныне ты тоже мертв – ты погиб для мира, для небес, для надежды! Мною ты был жив, а убив меня, – взгляни на этот облик, ведь это ты, – ты бесповоротно погубил самого себя!

Мертвый груз давил на нас. Он опускался на наши тела, на убранство зала, на кубки, из которых мы пили; и всё склонялось и никло - всё, кроме языков пламени в семи железных светильниках, освещавших наше пиршество.

Негодяем человек обычно становится постепенно.

Ведь в поздний час все виды порока выползают из своих нор

Больше всего на свете я ненавижу гениев. Все эти гении — просто ослы, чем больше гений, тем больше осел. Уж такое это правило, из него не бывает исключений.

Я говорю о его манере "Отрицать то,что есть,и распространяться о том,чего не существует".

Очевидно, мы обречены постоянно пребывать на краю вечности, но так никогда и не рухнуть в бездну.