Последний дон

У них не было ничего общего, кроме литературы, а это, по мнению обоих, был самый ненадежный фундамент для строительства семьи.

- Ты просто не знаешь женщин, - ответил Пиппи. - Если ты ей нравишься, то можешь мочиться в рукомойник. А если не нравишься, то сделай ее хоть английской королевой, ей будет наплевать на тебя.

О мужчине судят по его делам, а слова – лишь пуканье на ветру.

Женщины опаснее всего для мужчин, когда их надо спасать. Берегись, берегись красотки в бедствии

Что можно словами сказать о страсти и красоте женщины?

Писатели и их книги это не одно и то же. Их книги - это квинтэссенция того хорошего, что есть в них самих.

"Жизнь похожа на ящик с гранатами.Никогда не знаешь,какая из них отправит тебя в Царствие Небесное."

Лучше пусть сто виноватых избегнут наказания, нежели будет наказан хоть один невинный.

Разумеется, он им все прощал; разве он не добрый христианин, следующий поговорке "мой дом - моя церковь"? Однако прощал он их, как бог прощает всех людей: приговорив к неминуемой гибели.

«Деньги могут защитить тебя от всего на свете, кроме красивой женщины».

"Когда-то я был человеком, а потом женился"

Опасно вести себя рассудительно с глупыми людьми.

"Государство,где не уважают закон,-весьма опасный враг".

Он всегда верил, что влюбленные рано или поздно непременно влюбляются снова.

(...) умный и здравомыслящий мужчина в большинстве случаев может не опасаться женщин. Бойся только двух вещей. Первая, и самая опасная, - дамочка в отчаянии. Вторая - женщина более амбициозная, чем ты сам.

Старайся делать столько добрых дел, сколько сможешь. Они тебе зачтутся. Я не говорю о поблажках любви или ненависти. И то и другое - крайне плохое вложение.

Жестокость - слишком ценное оружие, чтобы растрачивать его по пустякам, и пускать его в ход должно только при наличии веских причин.

Из-за боязни быть преданным он никогда по-настоящему не любил ни одно человеческое существо, но доброту проявлял ко многим.