Свет во тьме. Исторические повести о первых годах христианства. Книга 1

Эти небольшие исторические повести о римских императорах Августе, Тиберии, Калигуле известного российского писателя, поэта, драматурга монаха Варнавы (Санина) рассказывают о самых первых годах христианства, буквально первом десятилетии после Воскресения Христова, когда начиналась апостольская проповедь миру, который еще пребывал во зле и духовном сне. Автору удалось совместить, казалось бы, несовместимое: поэтические вставки-прологи с прозаическим остросюжетным текстом. Книга поможет православ...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

169 ₽

Купить

Рейтинг LiveLib

4,8

4 оценки

5
75%
4
25%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 4Хотят прочитать 2

Рецензии

tatianadik27 марта 2021 г.
Дела давно минувших дней...
«Исторические повести из жизни императоров Древнего Рима» автора Евгения Санина были выбраны для совместного чтения, поэтому здесь будет не только про заявленную книгу об императорах Августе, Тиберии и Калигуле, но и о дохристианском Юлии Цезаре и императоре Клавдии, о котором рассказывает Монах Варнава (Санин) - Свет во тьме. Исторические повести о первых годах христианства. Книга 2 . Рассчитаны эти книги скорее на молодежную аудиторию и давным-давно пребывают в свободном электронном доступе, в котором я их и прочитала. Не исключено, что для православного издания автор их переработал с учетом темы, но в первом издании о рождении и воскресении Христа не упоминается.
Наверное, прочитав эти книги в школьном возрасте, я была бы в восторге. Ведь имея в голове только учебник по истории древнего мира, юному читателю практически невозможно увязать это с основами Евангелия. Здесь же всё работает на интерес читателя – известные факты древней истории, достаточно узнаваемые образы римских императоров и ужасы их правления также. Автор специально акцентирует внимание на том, насколько для всех, и знати, и плебса это были тяжелые времена. Это и понятно, ведь как духовное лицо он должен показать, что такого в новой религии было, чтобы люди разных верований вдруг начали верить в то, что тяготы земной жизни будут вознаграждены в жизни вечной и эта жизнь будет гораздо приятнее, чем то посмертие, что обещали им традиционные религии того времени.
Сейчас мне не хватило в этих повестях традиционно для малой формы - развития характеров, подробностей повседневной жизни людей, приключений, как у того же Сейлора , ведь были же там интересные моменты для дальнейшего развития, например, история спасенного с острова Эскулапа, куда его отправили умирать, раба Феликса, который оказался родным братом потомка греческих царей вольноотпущенника Полланта. Недостаточно подробно разобраны мотивации персонажей, про факты-то мы все знаем, но «дьявол-то в деталях», хотя это не для духовного лица, конечно))
В Первом Рубиконе я узнала интересную деталь из биографии Юлия Цезаря – как он не пожелал по приказу диктатора Суллы развестись с навязанной ему женой Корнелией, дочерью опального сенатора Луция Корнелия Цинны, что было в то время в обычае, да и Сулле никто не решался перечить. И что это было? Первое проявление его характера, самолюбие, гордыня, чувство собственности? Или нежелание предавать себя и жену, недавно родившую ему дочь? А может, всё же любовь, про которую и современники-то были не в курсе, куда уж потомкам)). Корнелия ведь умерла следующими родами, а далее Цезарь женился и разводился только согласно политической выгоде. Трудно понять менталитет людей, живших так давно и особенно такого неординарного человека, как Юлий Цезарь.
Недавно обсуждая книгу Джон Уильямс - Август. Отец империи мы много говорили об Августе, так что ничего нового в рассказе о нем я из «Греческих календ» не почерпнула. Разве что еще раз убедилась в непревзойденной интуиции, хитрости и изворотливости будущего императора. Хотя нет, вот ещё. То ли это особенности изложения древних историков, то ли печальная реальность человеческой натуры, но чаще, чем нам хотелось бы, люди, пришедшие к власти, теряют берега в животной какой-то жажде обогащения и почестей. И мысли, что за это когда-нибудь придет расплата, почему-то их не останавливают. Октавиан Август такому искушению не поддался. Он был вынужден стать осторожным и предусмотрительным, если не хотел в самом ближайшем будущем повторить участь Юлия Цезаря, и поэтому всю жизнь он не преступал черты, за которой мог вызвать недовольство Рима. Тут и скромность быта, и даже чисто театральные экзерсисы, вроде попрошайничества на рынке, про которое упоминается в романе о Клавдии. Единственным его утешением стала сама власть и надежда на память в веках, которая, конечно же, оправдалась вполне)).
А вот про властителей Тиберия и Калигулу если и стоит помнить, то только как о тех ошибках истории, которые нельзя забывать, чтобы они не повторялись, хотя Гай Светоний Транквилл и другие историки о них тоже рассказывали. В повести «Между жертвенником и камнем» нам расскажут об одном эпизоде из жизни Тиберия - заговоре префекта претория Сеяна против императора, а в «Госте из Кессарии» читатель вместе с торговцем рыбы Андроменом узнает, как проходили знаменитые пиры Калигулы и чем они могли окончиться для их участников.
Роман «Сон после полуночи» об императоре Клавдии был более содержательным, но и здесь автор не пожелал внести какие-нибудь живые черты в его образ. Слабовольный, замкнувшийся на своих научных изысканиях, сильно недомогающий и мало интересующийся обязанностями, налагаемыми на него властью над огромной Римской Империей, он не вызывает ни сочувствия, ни уважения, хотя его правление было достаточной мирным и спокойным. Но, в отличии от так восхищавшим его Августом, ему не хватило предусмотрительности не повторить его историю с усыновлением пасынка. И усыновление и назначение наследником Нерона, сына его второй жены Агриппины, стало, по версии автора, началом его конца.
Читаются повести с интересом, ничего непотребного там не описывается, так что их вполне можно рекомендовать для чтения подросткам, интересующимся историей древнего мира.

Читать далее
Свет во тьме. Исторические повести о первых годах христианства. Книга 1
Монах Варнава (Санин)
4,8
(4)
49 понравилось
573