Извечная борьба: осознать нашу собственную сопричастность злу — ужас, который для нас невыносим. Гораздо спокойнее делить мир на абсолютно невинных жертв и злокозненных разжигателей чудовищного насилия, окружающего нас повсюду. Что бы ни случилось, не тревожьте нашей невинности. Но где же в каждой стране находится оплот невинности? (А. Миллер)

Насилие происходит не от избытка силы, а от бессилия. <...> насилие есть выражение бессилия.

Искусство - это заменитель насилия.

Единственный доступный человеку выбор состоит в том, переживает ли он его конструктивно, с интересом и достоинством, или же будет терять энергию и средства, протестуя против вселенной, организованной не так, как бы ему хотелось.

Невинность - это состояние бессилия.

У человека, совершающего насилие, способность к абстракции нарушена, и с этим связано безумие его поведения.

Физическая трусость даже в форме избегания физических столкновений даже в раннем возрасте, по-видимому возникает в результате раннего отвержения и раннего чувства поддержки матерью своего ребенка и даже чувства, что мать может оказаться против него в его борьбе, так что всякое усилие ребенок делает на свой страх и риск.

... обычно не принимается в расчет, что человеку присуще желание избежать свободы, так же, как и поиск ее, что свобода и выбор есть также бремя...

Когда человека не любят, или любовь к нему неустойчива, или его мать или отец сами крайне не уверены в себе, это формирует в его последующей агрессии стремление отомстить миру , необходимость разрушить мир для других в той же мере, в какой он нехорош для него.

"Депрессия подобна разжиганию небольшого огня для того, чтобы предотвратить огромный лесной пожар. Я впадаю в депрессию, чтобы избежать ярости по отношению к сестре. <...> Гнев - это сила, которая делает меня автономным ... Если у меня нет гнева, у меня нет силы."

Манипулятивную власть человек может навлечь на себя своим собственным отчаянием и тревогой.

Идея о том, что должно быть принято все, что приходится делать, есть иллюзия, и к тому же нездоровая.

Благодарное принятие земных благ и поддержки собратьев достигается не отказом от силы, но использованием ее с учетом интересов других.

Сущностной характеристикой бунтаря является его способность стать выше своей личной уязвленной гордости и идентифицироваться со своим народом и своим универсальным идеалом.

До тех пор, пока художник может творить, ему необходимо прбегать к насилию.

Нельзя ожидать от общества, чтобы оно было другим. Ибо общество, с одной стороны, - это мы. Бунтарь представляет собой раздвоенную личность в том смысле, что он осознает, что общество вскормило его, удовлетворяло его потребности, давало ему безопасность, благодаря которой он мог развить свои способности; и в то же время он страдает от его давления и задыхается в его затхлой атмосфере.

... в душе настоящий бунтарь может быть каким угодно, но только не безрассудным.

"Насилие - это сфинкс, сидящий у камина, и у него человеческое лицо."

... чтобы стать психологически и духовно живым, необходимо некоторое насилие.