Наедине с памятью

Мария Григорьевна Рольникайте — еврейская, русская и литовская писательница, публицистка, мемуаристка, общественная деятельница, автор публицистических статей и очерков, посвящённых Второй мировой войне. Сама, будучи ребенком, попала в Вильнюсское гетто и на своем опыте знает, каково это - быть гонимым евреем. В своем произведении “Без права на жизнь” вскользь рассказывает об образовании гетто, о том как расстреливали евреев в лесу. Главная героиня, Гражина, работает в приюте, теряет мать и в начале повести описываются ее страдания по этому поводу. Я тоже боюсь потерять близких и очень надеюсь, что это будет не скоро. Гражина помогает другу скрыться от русских, что пришли его вместе с семьей отправить в Сибирь, а в конце произведения в благодарность, он спасает ее. Основная сюжетная линия строится на спасении еврейского ребенка, которого знакомая вынесла из гетто и подкинула в приют по договоренности. Но все население боится, что немцы приравняют их к евреям и повесят на площади, и потому ребенку нельзя остаться в приюте. Страшнее всего что, к евреям приравнивали буквально за помощь или за общение с ними. Ребенка к себе на воспитание забирает Гражина. Конец произведения трагичен: ребенка отбирают и убивают, его настоящих родителей расстреливают, а Гражина ходит в лес в поисках их могил. В короткой повести показан весь ужас преследования евреев: если их увольняли с работы, они считались ни к чему не годными и их убивали, если они противились решению немцев - их убивали, а их освободившиеся квартиры отдавали литовцам, если рождался ребенок - его ударяли головой о дерево, в большинстве случаев итогом их короткой жизни была смерть.

Небольшой рассказ, который интересно прочесть как школьнику, так и взрослому читателю. Истрия начинается в еврейском гетто, где родители, надеясь спасти жизнь годовалой дочери, пытаются найти ей приемную семью. К счастью, после нескольких неудач им удаётся встретить отзывчивых людей, но что будет через несколько лет, когда, пережив концлагерь, они вернутся в город? Смогут ли они найти своего ребенка, да и способны ли узы крови преодолеть столь многолетнюю разлуку? Мне повезло, что я не читала заранее аннотацию, ведь жизнь этих героев могла сложиться совершенно по-разному, тем более, сразу вспоминается произведение Леонида Андреева «Валя».

Помимо основного сюжета, познавательно было прочесть о том, какие плюсы давала профессия трубочиста для проживающих в гетто, что происходило с оставленными квартирами еврейского населения и как решался вопрос с жилплощадью для тех, кому посчастливилось вернуться на родину после войны. Не менее любопытен тот факт, что через несколько лет после победы в газетах появились призывы возвращаться домой тем, кто остался за границей, хотя вернувшихся ждал не такой теплый прием, как они могли ожидать, ведь клеймо «предатель» смыть было нелегко.

Так что, подводя итог, советую это произведение для детско-родительского чтения, оно дает возможность познакомить детей с важной частью прошлого, теми трагическими событиями, которые столь сильно изменили судьбы множества людей.

Среди книг Марии Рольникайте я выбрала эту, небольшую и отличную по сюжету от остального ее творчества, прочитала и впечатлилась. Ну что ж, по крайней мере понятно, почему эта книга издана настолько позже остальных книг Рольникайте. Она не о лагере, и не о советском детстве, хотя есть воспоминания об этом. Эта книга об антисемитизме как политической линии СССР. И впечатлилась я не сюжетом (чего очень боялась, кстати, тянула с чтением до последнего), а осторожностью автора. Не деликатностью, а именно осторожностью, которая за долгую и непростую жизнь въелась в поры и отпечаталась на сетчатке. Казалось бы, той страны, о которой она пишет, давно уже нет. Все, кому не лень, поливают ее грязью, раскрывают страшные секреты, печатают откровения. А главная героиня Марии - еврейка с именем Люба - все равно хорошая. Лояльная гражданка своей страны, она даже не допускает мысли о том, чтобы уехать. Она потерпит. Все пройдет. Зима кончится, начнется весна, она пойдет на курсы медсестер. И не оставит свой город и гетто, в котором в последний раз видела родных. Мужика жалко, конечно. Всех жалко. Но это наша история, какой бы она ни была.