
Небольшая и аккуратная во всех отношениях книга. Мягкая обложка, почти карманный формат – так и просится в женскую сумочку, только кто ж её туда возьмет? Невозможно себе представить, что в разгар вечеринки недавняя выпускница исторического факультета, устав от веселья, уединяется в дамской комнате и с упоением листает жизнеописание академика Тарле. Но даже если забыть об идеальных девушках из гипотетических миров, портрет читателя этой книги вырисовывается в голове с трудом. Профессиональный историк, студент или преподаватель не найдет здесь много нового, ни в смысле привлечения источников, ни в плане оценок. Любознательный и интересующийся читатель тоже вряд ли придет в восторг: Борис Каганович пишет старательно, спокойно, но очень уж безэмоционально и серо. Уже в предисловии он предупреждает упреки в обильном цитировании, утверждая, что хотел предоставить побольше непосредственных свидетельств участников событий. Само по себе использование “чужой речи” нельзя счесть недостатком, особенно в научном исследовании, но нужно соблюдать баланс и говорить собственным голосом. Наверно, этого в книге не хватает: для весьма бурной биографии Тарле у Кагановича почти не нашлось восклицательных знаков. А между тем “главный советский историк” и лауреат трех Сталинский премий до революции успел пострадать за свои “легально марксистские” убеждения, в 1930 был арестован по “Академическому делу” и провел полтора года в ссылке в Алма-Ате, а позже неоднократно попадал под удар идеологических кампаний. Вдвойне грустно, что столь сухая книга написана о Тарле, выдающемся мастере именно биографического жанра. Впрочем, если не обращать внимания на авторский стиль, восприятие Тарле у Кагановича в целом адекватное. Получилось главное: обозначить трагедию историка, которого обстоятельства гнули и ломали едва ли не полжизни, серьезного ученого, европейца и космополита, к концу жизни пришедшего к махровому национализму великоросского разлива. В таком контексте “случай Тарле” – лишь один из многих пагубных примеров “перековки” таланта для службы государственной пропаганде.





























