Впервые я прочитала «Мастер и Маргарита» в летние каникулы перед десятым классом. В то время читать я не любила, но эта книга, взятая с бабушкиной полки, сопровождала меня на морском пляже, чего раньше за мной не наблюдалось.
Не скажу, что она ознаменовала для меня начало какой-то новой важной эпохи, однако несомненно послужила одним из толчков к стремлению познавать, когда понимаешь: узнала что-то новое, интересное, а ещё много-много чего не знаешь! И хочется это много узнать.
В этом смысле мне повезло с учителем литературы, и роман я не возненавидела. Мы разбирали «древние» и «современные/московские» главы, я даже почитала кое-что в интернете, каких-то критиков (немного) и осталась довольна.
Прошло несколько лет, я работала в книжном магазине, где принято было устраивать разного рода мероприятия: встречи с писателями, мастерклассы, лекции от государственного университета…
Был солнечный весенний полдень, и речь шла, помимо всего прочего, о Воланде и его треугольнике! Лекция не была посвящена Булгакову или его роману, обсуждались имена главных героев русских классических произведений – разумеется, самые яркие экземпляры! Материала, представленного в рамках проекта, было до обидного мало; все присутствующие внемли каждому слову выступающего. Возможно, моё любопытство относительно Воланда так и осталось бы неудовлетворенным, но лектор упомянул «Последнюю книгу» Лидии Яновской: «Она может быть в этом магазине».
И тут я вспомнила, как своими руками ставила её на полку, ужаснувшись её стоимости. Мой взгляд тогда, конечно же, зацепился за обложку, за название, но книга была запечатана (т.к. несёт в себе информационную ценность), поэтому я её даже не пролистала. А вот теперь я неслась к этому шкафу, но, к моему счастью, на книгу никто больше не посягал.
Ещё одно сокровище стало моим.
Итак, литературное исследование творчества Михаила Булгакова. Но нет, эта книга – намного больше, здесь жизнь не только автора «Мастера и Маргариты», здесь жизнь Лидии Яновской, её встречи, истории публикаций, споры и поиски истины.
Именно за это – неустанный поиск истины – ей огромное уважение и благодарность. Немногие способны опираться исключительно на факты. Неисследователи, «сочинители», как справедливо называет их Лидия Марковна, гонятся в большей степени за сенсацией, которая прибавит громкости их именам, правда для них – вопрос второстепенный.
Пиши только то, что видишь.
Мне очень хорошо известно: в литературоведении главное – не сочинять поспешных гипотез, которые закрывают вопрос, ничего не решая. Вопрос нужно оставить открытым, уложить в свою память и ждать, никогда не теряя его из виду. Открытия приходят сами и, как правило, неожиданно.
Громадная проведена работа. Это я и в отношении Лидии Яновской, и в отношении Михаила Булгакова.
Создавая роман, он изучил множество исторических книг, наблюдал за луной, проверял, с какой стороны должен дуть ветер в месяце нисан, что видит со своего балкона Понтий Пилат… Шестой или пятый прокуратор? Как он подбирал правильные, точные слова, слоги, подстраивал ритм текста, чтобы «древние» главы смогли загипнотизировать читателя, перенести его в Ершалаим, где можно услышать соловьёв и одуреть от аромата роз. Окрашивал роман в чёрный, красный, белый, чтобы воздействовать на восприятие читателя.
Проводя исследования, она прошлась по Арбату, расспрашивала на Патриарших старушек-старожилок, как ходил трамвай – по Малой Бронной или по Садовой; по использованным в романе словосочетаниям и фразам восстановить библиотеку автора – просто высший пилотаж!
Некоторые точки зрения «сочинителей» на роман меня очень удивили. Масоны, Маргарита – безнравственная женщина, и ещё спорят о том, кто такой Воланд – казалось бы, что может быть очевиднее?
Знак, который может не распознать образованный филолог (не распознал же Берлиоз!), ибо не каждый славист держит в памяти древнегреческий алфавит. И может без труда опознать быстрый подросток, уже немного знакомый с физикой и математикой, где в скучных школьных формулах так часто роль символов играют буквы греческого алфавита.
По-видимому, это так.
И эта уникальная способность некоторых видеть третий скрытый смысл в том, где и второго-то нет, а только первый.
Булгаков – открыт. Как открыто живописное полотно. Как открыта звучащая музыка. У него всё – на ладони…
Но есть неточность в книге, фактическая ошибка, опечатка. Не знаю, кому её адресовать. На страницах 288 и 289, где говорится о «Саардамском плотнике», посвящённом Петру Великому, указано, что в 1797 он работал корабельным плотником на верфи. Промахнулись на век, годы жизни Петра I – 1672-1725 гг.
Книгу читать было очень интересно. Можно узнать и о советском времени, о тех людях, и о других книгах, о писателях, художниках… Следуя по лабиринту чужих размышлений, и сам становишься немножко исследователем.
А ведь исследования не окончены! И может, это смешно, но я испытала укол чувства вины, когда прочитала строки:
Надеюсь, будущий исследователь, посмотрев все подходящие издания, определит это точно.
Простите меня, Лидия Марковна, исследователь и детектив из меня никудышный.
38 понравилось
