- Месяц, калі ідзе буйная рыба, - сказаў стары чалавек. - Любы можа быць рыбаком у траўні.

- Але чалавек не створаны для паразы, - сказаў ён. - Чалавек можа быць знішчаны, але не пераможаны.

- Теперь мы опять будем рыбачить вместе.

• Нет. Я - несчастливый. Мне больше не везёт.
• Да наплевать на это везенье! Я тебе принесу счастье.

Откуда женщине знать, что за словами, которые говорятся ей, ничего нет, что говоришь просто в силу привычки и ради собственного спокойствия.

плыви по ветру и встречай беду , когда она придёт.

хорошо богатым: у них есть радио, которое может разговаривать с ними в лодке и рассказывать им новости про бейсбол.

No one should be alone in their old age, he thought. But it is unavoidable.

"If the others heard me talking out loud they would think that I am crazy," he said aloud. "But since I am not crazy, I do not care."

- Они хорошие, - сказал старик. - Играют, дурачатся и любят друг друга.

Большинству рыбаков вкус этого жира казался отвратительным, но пить его было отнюдь не противнее, чем затемно подниматься с постели...

«Ее судьба была оставаться в темной глубине океана, вдали от всяческих ловушек, приманок и людского коварства. Моя судьба была отправиться за ней в одиночку и найти ее там, куда не проникал ни один человек. Ни один человек на свете. Теперь мы связаны друг с другом с самого полудня. И некому помочь ни ей, ни мне» (с.)

Эх, был бы со мной мальчик!
«Но мальчика с тобой нет, – думал он. – Ты можешь рассчитывать только на себя, и хоть сейчас и темно, лучше бы ты попытался достать ту, последнюю лесу, перерезать ее и связать два запасных мотка».

Нечего раздумывать над тем, что грешно, а что не грешно. Сейчас уже об этом поздно думать, да к тому же пусть грехами занимаются те, кому за это платят. Пусть они раздумывают, что такое грех.

Потом ему стало жалко большую рыбу, которой нечего есть, но печаль о ней нисколько не мешала его решимости ее убить. Сколько людей он насытит! Но достойны ли люди ею питаться? Конечно, нет. Никто на свете не достоин ею питаться: поглядите только, как она себя ведет и с каким великим благородством.

Но ничто на свете не даётся легко.

Сначала просишь в долг, потом просишь милостыню...

Кто же тебя победил, старик? — спросил он себя…
— Никто, — ответил он. — Просто я слишком далеко ушел в море.

Ему теперь уже больше не снились ни бури, ни женщины, ни великие события, ни огромные рыбы, ни драки, ни состязания в силе, ни жена. Ему снились только далекие страны и львята, выходящие на берег. Словно котята, они резвились в сумеречной мгле, и он любил их так же, как любил мальчика. Но мальчик ему никогда не снился.

"Now we fish toghether again.".
"No. I am not lucky. I am not lucky anymore.".
"The hell with luck", the boy said.

На свете немало хороших рыбаков, есть и просто замечательные. Но таких, как ты, нету нигде.