Цитаты из книги On Being Ill: with Notes from Sick Rooms by Julia Stephen

Спешные визиты весьма нежелательны. Больной обычно лучше вовсе не видеть ближайшую подругу, чем чувствовать, что встреча проходит впопыхах; ведь тогда не жди приятной беседы, радости от встречи.

Наши друзья порой хуже врагов

Если больная видит, что сиделка всерьез относится к ее капризам, она сохраняет спокойствие духа и не донимает ту лишними вопросами и предложениями.

Бережливость — великое достоинство сиделки, поскольку любая болезнь, даже самая безобидная, сопряжена с расходами; но и достоинство может быть доведено до крайности.

Среди мелких зол, которые изводят во время болезни, самое страшное по приносимым страданиям и притом самое незначительное по размеру — это крошки.

Если же пришла беда и необходимо, чтобы больная оставалась в неведении, то ухаживающие должны по мере сил примириться с совестью и на все вопросы лгать безбоязненно.

...в присутствии смерти нет места суете.

Непременная обязанность всех, кто ухаживает за больным, — сохранять жизнелюбие; речь не о напускной вымученной жизнерадостности, а о тихой веселости, благодаря которой присутствие человека становится приятным, а не угнетающим.

В болезни, как и в смерти, есть — по крайне мере, должно быть — нечто, что сглаживает разногласия. Неприглядные стороны характера человека, которого призывает смерть, мы забываем или, во всяком случае, перестаем придавать им значение и в случае болезни можем позволить себе не замечать те мелочи, которые в здравии затрудняют привычное общение.

В болезни слова как будто обладают мистическим свойством. Мы постигаем то, что находится за поверхностным смыслом, инстинктивно собираем одно, другое, третье — звук, цвет, тут ударение, там паузу — то, что поэт, который знает, как скудны слова по сравнению с мыслями, разбросал по странице, чтобы всё вместе это вызвало состояние души, не поддающееся ни выражению словами, ни объяснению рассудком.

Признаемся (ведь болезнь — самое время для признаний), в болезни есть детская непосредственность; произносятся слова, выпаливаются истины, которые скрывает осторожная благопристойность здоровья.

Каждая сиделка, будь она профессионалом или любительницей, должна видеть в пациенте «случай», с неизменной нежностью и бережной заботой ухаживать и за совершенно незнакомым человеком, и за вредным другом, и за тем, кто ближе и дороже всех на свете.

... литература всячески демонстрирует, что ее заботит лишь разум; что тело — это лист прозрачного стекла, сквозь которое прямо и ясно смотрит душа и которое, за исключением пары страстей вроде вожделения и алчности, само по себе ничтожно, незначительно и несущественно.

Мы идем одни, и это нам по нраву. Было бы невыносимо всегда встречать сочувствие, всегда быть в сопровождении, всегда видеть понимание.

Но пока мы у жизни на крючке, приходится трепыхаться.

Сочувствие в наши дни выражают по большей части бездельники и неудачники, в основном женщины (в которых старомодность, как ни странно, уживается с анархией и новаторством), выбывшие из гонки и имеющие время на фантастические и неприбыльные эксперименты;

Божественно прекрасное — это и божественно бездушное.

Мы не знаем собственной души, что уж говорить о чужих душах.

Люди не проходят рука об руку весь путь.

когда знаешь, что кто-то сказал это раньше или сказал это лучше, пыл угасает