Цитаты из книги Suicide Watch

Когда-то я потерял всё и был совсем один. Грусть, боль, казалось, это не закончится никогда. Когда ты бредешь один в бурю, ты не видишь конца пути, но он есть, ты просто не знаешь, как долго тебе ещё идти. Я всё ещё в пути, но я уже не чувствую себя потерянным. Я продолжу бороться. Обещаю.

Иногда, если кто-то не выглядит несчастным, это не значит, что в жизни у него всё прекрасно. Есть очень хороший метод, чтобы не сойти с ума от горя. Просто надо понимать, что проблемы, с которыми ты столкнулся, не вечны. Всё проходит.

Даже люди, живущие на улице, могут сказать, что всё не настолько плохо, как могло бы быть. Ты всё ещё можешь чувствовать боль. Только это имеет значение. Остальное неважно, если рядом нет людей, которые тебя понимают. Людей, которые понимают, что иногда тебе действительно чертовски грустно, и это безо всякой причины. Ты начинаешь беситься, потому что понимаешь, что грустишь без особого повода, и от этого становиться ещё хуже.

Говорить о людях, которых ты потерял и по которым очень скучаешь, это тоже самое, что сковырнуть старую рану. Болит не меньше, чем в первый раз. Если не говорить и не думать о них, то не так больно.

Я в порядке. Все отлично. Все превосходно. Если повторять это, то можно в это поверить.

Есть очень хороший метод, чтобы не сойти с ума от горя. Просто надо понимать, что проблемы, с которыми ты столкнулся, не вечны. Всё проходит.

Отношения бессмысленны. Поначалу всё прекрасно. Но что происходит, если человек устал от вас и решает уйти? Это человеческая природа. Люди заботятся только о себе. Если они перестают отношения или просто не хотят больше быть с кет-то, они просто отмахиваются от вас. Незаменимых нет. Каждый может предать.

Страдания действительно лучше переносятся с кем-то за компанию.

Иногда, если кто-то не выглядит несчастным, это не значит, что в жизни у него всё прекрасно.

Хорошее происходит с плохими людьми, а плохое — с хорошими.

Смерть не должна быть печальной. Я имею в виду, что такое, конечно, может быть, но не всегда. Грустно, когда люди умирают неожиданно, не желая этого. Я думаю, что это перестаёт быть грустным, когда мы берем всё в свои руки и управляем этим.

Когда кто-то так близок к краю, что падение с высоты со скоростью семьдесят миль в час становится лучшим выбором, чем прожить ещё один день, вы должны задать себе вопрос: действительно ли он хочет быть спасён?

Продолжайте бороться. У вас вся жизнь впереди, чтобы всё исправить. И этот остаток жизни продлится столько, сколько вы сами решите.

— Я боюсь. — Чего? Жить? Это не так уж и страшно. — Нет, мне страшно, что я тебя потеряю. Каспер вздохнула. Я не видел её лица. Она лишь прошептала: — Да, мне тоже.

Остальное неважно, если рядом нет людей, которые тебя понимают. Людей, которые понимают, что иногда тебе действительно чертовски грустно, и это безо всякой причины. Ты начинаешь беситься, потому что понимаешь, что грустишь без особого повода, и от этого становиться ещё хуже.

Эмоции всегда нелогичны и иррациональны.

Давай проживём жизнь вместе. Давай бороться вместе. Давай исправлять ошибки вместе. Всё будет прекрасно, потому что мы вместе. Это будет нелегко. Однажды наступит день, когда мне станет грустно,и я не смогу ни о чём другом думать, как только о моей грусти.

Если убрать всё то, что было в моей жизни — неуверенность, боль, одиночество, целый каскад мыслей от сумасбродных до разумных в периоды моего маниакального настроения, и беспомощность, когда я понимал, что это настроение завладевает мной (вот как сейчас) — что останется в итоге? Пустота?

Её улыбка была еле уловима. Скорее рефлекс. Её глаза не улыбались. — Никто не будет скучать по мне. Вот увидишь. Она широко раскинула руки и прыгнула.