Берешь в руки, читаешь: "Борис Шергин... 1939-1968". Ну, думаешь, вот это будет книга. Красочный язык, подробности жизни Москвы середины XX века, воспоминания о седой поморской старине. Открываешь и почти все надежды рушатся. Воспоминания есть, но их немного, подробностей жизни современной Шергину Москвы и вовсе почти нет. А есть - духовный дневник, в котором Шергин размышляет о прочитанных творениях Святых отцов, исповедуется в своих помыслах и настроениях, лирически наблюдает за природой. И все это как раз тем самым неповторимым шергинским языком, смесью литературного русского языка, церковнославянского и поморского диалекта. Читая, чувствуешь себя неудобно, как будто в замочную скажину подглядываешь, но в самом конце Шергин это ощущение, к счастью, развевает, записав, что "глядишь, кто прочтет". Прочитали. Но все равно неловко как-то. Про быт куда сподручнее читать.
12 понравилось
