Wayward

Ваше правление, по большей части, – благодушная диктатура с редкими убийствами.

Мое управление срабатывает. Тут никогда не может быть демократии. Слишком многое будет потеряно, если все пойдет вкривь и вкось.

Поддерживать мир. Поддерживать ложь. Скрывать правду даже от жены и сына.

Ее работа, как и подавляющее большинство других занятий местных жителей, была по большей части показушной. Очковтирательство для поддельного города.

Итан Бёрк испытывал искушение продлить эти минуты, чтобы притвориться, что все точно такое, каким кажется.

Проклятье!
Промах.
Он стрелял с бо́льшего расстояния, чем обычно, а даже при идеальных условиях на результат влияет куча переменных. Атмосферное давление. Влажность. Плотность атмосферы. Температура ствола. Даже сила Кориолиса – инерция, возникающая из-за вращения Земли. Он думал, что учел все, рассчитывая прицел, но…

Тут больше нет прав. Нет законов. Только сила и страх.

– Я обналичил свой 401 (k), опустошил свои банковские счета и оставил запутанный след к кое-какому теневому поставщику фальшивых паспортов. Это-то как раз нетрудно.
– А что трудно?
Хасслер оглянулся на окно, за которым высились окутанные туманом холмы Королевы Анны – в тех местах жила Тереза Бёрк.
– Знать, что мне предстоит ждать две тысячи лет, чтобы быть с женщиной моих грез.

-Итак, между нами установилось взаимное доверие, - сказал Хасслер.
-Возможно. Или, по крайней мере, мы позаботились о взаимном уничтожении.
-По мне, это одно и то же.

Он превратился в гестапо из одного человека.