И как бы близко ни стояла она ко мне сейчас, было совершенно очевидно, что никто в целом мире не был для меня более далёк.

Мне было отказано в арии слияния ради арии, которую я должен был петь в одиночестве.

— Зачем императрице защищать тебя? — задал я вопрос.
— Она моя хозяйка. Я работаю на императрицу.
— А какая она? — снова спросил я.
— У нее шестнадцать детей. Одиннадцать своих дочерей она назвала Мариями, в честь самой себя

- Прежде, чем взойти на сцену, они должны поверить в тебя. Ты должен стать музико.

• Но я и есть музико.
• Нет, ты- кастрат. Я- музико.

Бывает любовь, о которой не говорят...Иногда только песня может сделать это.

Я закрыл глаза и подумал, пусть весь мир замрёт, лишь бы только её звуки остались со мной.

Я часами мог прислушиваться к рыданиям — я всегда испытывал благоговейный страх перед глубиной горя в этом мире, но когда начинались удары и оскорбления, я кусал кулак, чтобы вынести это.

Надежда, этот зверь с тысячью жизней, вновь зажглась в глазах Дуфта.

Для того, кто не может убивать, сам процесс охоты - это всё.

Конечно же, опера воспевает любовь - вот почему ее храмы построены в каждом городе.

... если я могу быть великолепным - значит, также могу быть и ужасным.

Я испытал этот вызывающий тошноту страх, возникший где-то внутри меня, страх от осознания, что если я могу быть великолепным - значит, так же могу быть и ужасным.