Тринадцать веселых рассказов / Dreizehn lustige Erzahlungen

Этот рассказ Антон Павлович написал для нас - для читателей, живущих в постиндустриальную эпоху, во времена, когда главным источником благосостояния является информация. Владеешь эксклюзивной информацией, значит, имеешь всё - деньги, связи, положение, влияние. Правда, нужно быть очень гибким и осторожным как с источниками своей информации, так и с её потребителями, потому что стоит совершить одну-единственную ошибку, и она может обернуться полным крахом - информация мгновенно обесценится, а тебя же еще и обвинят в каком-либо мошенничестве, это уже от ситуации будет зависеть.

Вот обо всём этом, тонко предчувствуя будущее, и хотел рассказать наш гениальный классик. Мальчик Коля, благодаря стечению обстоятельств, становится обладателем ценной эксклюзивной информации. Правда, есть одно "но" - его информация представляет интерес для крайне ограниченного круга потребителей. Более того, его информация столь специфична, что на ней можно заработать не распространяя её, а, наоборот, утаивая. В принципе, это тоже вполне типичный вариант для информационного социума.

Мальчик Коля находит тех, кто готов финансировать нераспространение этой эксклюзивной информации - для Коли наступают дни благоденствия - его молчание очень хорошо оплачивается. И тут мальчик Коля делает первую серьезную ошибку - не проведя профессионального мониторинга ситуации, он начинает немилосердно задирать цену за свои услуги.

Потребители - сестра Коли Анна Семеновна и её молодой человек Иван Иванович Лапкин - оказываются в весьма затруднительном положении, они вынуждены удовлетворять растущие аппетиты мальчика, но в определенный момент ситуация в корне меняется - информация, которой эксклюзивно владел Коля, становится общедоступной и мгновенно обесценивается - источник доходов "инфомагната" иссякает.

Но ситуация осложняется тем, что жертвы манипулятивных действий Коли теперь получают возможность свести с ним счёты, потому что позиция Коли была ничем ни защищена. Поделом "злому мальчику".

А вообще-то, шантаж - единственное информационное преступление, имевшее широкое распространение во времена, предшествовавшие наступлению информационной эпохи.

Вот снова - анекдот от Чехова. Нет смысла его пересказывать, надеюсь, вы его читали, он махонький, как и следует быть анекдоту, чтобы юмор не скис и не превратился в уксус банальной пошлости. А нет, так в рецензиях коллег можно найти приличный краткий пересказ. Я бы хотел поговорить не о предмете, заявленном в заголовке рассказа, а о тех чувствах, которые двигали учителем чистописания Сергеем Капитоновичем Ахинеевым, и заставили его выставить самого себя в глупом и смешном свете.

Это та самая песня, которую через 15 лет будет виртуозно исполнять другой чеховский учитель - Беликов: "Как бы чего не вышло". А по сути - это страх и порождаемая им трусость. Ахинеев, став участником недоразумения, представил самые ужасные последствия, которые оно могло иметь, и бросился их предотвращать. Но страх - плохой советчик, если ты напуган, лучше постарайся успокоиться, подыши поглубже, а потом уже с трезвой головой подходи к решению проблемы. Может она тебе после этого уже не такой страшной и неминуемой покажется.

Как говаривал наш прославленный генералиссимус Александр Васильевич Суворов: "Кто напуган — наполовину побит". Так что уже в самом испуге Сергея Капитоновича лежало зерно его будущего позора. Нашему полководцу вторит автор "Дон Кихота": "В душах трусливых нет места для счастья". И снова - совершенная истина - несчастья преследуют Ахинеева только по вине собственной трусости.

А ведь учитель гимназии сам её когда-то оканчивал и учил латынь, видимо, читал Ливия. Вот бы ему его вовремя вспомнить: "Чем меньше испытываешь страх, тем меньше опасность". А если бы еще прислушался к своему современнику - будущему председателю Совета Министров Империи господину Витте: "Под влиянием трусости ни одно качество человека так не увеличивается, как глупость", то опять же, не торопился бы этих самых глупостей наделать. Всё бы обошлось, не начни Ахинеев сам пороть горячку, в результате заслужил позор и презрение, и это было вполне логично, предупреждал же Ларошфуко всех, а не только Капитоновича: "Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает". Так что, хоть и анекдот, но справедливый анекдот.

..

Этот рассказ следует читать в качестве учебного пособия сегодняшним копирайтерам, вот ведь - 135 лет назад написано, а как-будто специально для них. Достаточно прочитать этот коротенький рассказик и все азы искусства написания рекламных текстов, уловки и ухищрения, применяемые при этом, станут ясны и понятны. Однако, станет понятным и то, что к писательству такая деятельность никакого отношения не имеет, что главное здесь - так составить текст, чтобы подтолкнуть к покупке, а без обмана в таком деле не обходится. Вот все говорят: "политика - грязное дело", увы, но и торговля в основе своей тоже "дело грязное", ну, и "писательство" с нею связанное, тоже не чище.

Чувствуется, что Чехов в теме. Не знаю, подрабатывал ли он когда-нибудь "рекламщиком" (прочитать ЖЗЛ-овскую биографию любимого автора всё руки не доходят), но газеты-то он читал, а там такой "писательской продукции" было навалом. Антон Павлович же очень легко улавливал характеристики чужого стиля и рождал зубодробительные пародии, кроме данного рассказа можно вспомнить его подборку "Комические рекламы и объявления".

Но я хотел бы воспользоваться заголовком рецензируемого рассказа, он очень знаменательный - "Писатель". Употреблено здесь это слово в иронической коннотации, но само по себе слово нужное и хорошее. И больше всех заслужил право называться Писателем (с большой буквы) - сам Антон Павлович.

Вот мне пришла такая мысль, не знаю, насколько она правильная, - писатели, пишущие романы, приходят, чтобы поведать свою истину, преподнести её как готовый продукт, писатели же, работающие с малыми формами (рассказы и повести) всё время находятся в диалоге с миром, их точка зрения постоянно меняется, они движутся вместе с социумом, высвечивая и отражая каждый раз разное и новое, часто не знают, что напишут завтра, не боятся противоречить самим себе. Конечно, такое определение касается не всех мастеров малых форм, а только лучшей их части, но Чехов в их число входит безусловно.

Я это написал к тому, чтобы сказать главное: Чехов - разный. У каждого свой Чехов. Это касается всех больших писателей и поэтов, у каждого свой Пушкин, свой Гоголь, свой Достоевский, но здесь разговор о Чехове.

Мой Чехов, скорее всего, похож на меня. Это же естественно, что я, трактуя сложное неоднозначное место произведения, опираюсь на свое видение, свой опыт, свои пристрастия. Да, они тоже могут подвергаться изменениям под воздействием произведений Чехова, но в целом это процесс сложный, многоплановый, принимаются одни идеи, пересматриваются другие, иначе трактуются третьи, но всё равно остается основа внутреннего "Я", которая всегда останется мною и никогда не станет Чеховым.

Так у меня свое, довольно критичное отношение к церкви и религии, и это позволяет мне видеть совсем иначе те произведения классика, которые традиционно относятся к категории пасхальных рассказов, например "Студент" и "Архиерей". Большинство читателей воспринимают эти рассказы "как написано", принимая "просветления" героев за чистую монету. Я же вижу в них глубокую и беспощадную сатиру на религиозное сознание и его проявления. Лично мне такой Чехов ближе и понятнее.

И еще, продолжу предложенную в ряде рецензий тему об "обыкновенном человеке". Чехов только и писал, что об обыкновенных людях, но не забывайте главного - Чехов сам был самым обыкновенным человеком, а его рассказы, повторюсь еще раз - диалог с миром обыкновенного человека. Конечно, у этого "обыкновенного человека" были необыкновенные способности выхватывать из окружающей его жизни самое главное и острое, и создавать яркие зарисовки и полотна характеров и судеб, но человеком-то он всё равно оставался обыкновенным.

Поэтому я не очень люблю, когда из него пытаются делать икону, когда при обсуждении отношения к какой-то проблеме, затронутой в его рассказе, в качестве неопровержимого доказательства приводятся цитаты из его писем и дневников. Не надо забывать, что Чехов не Мао Цзе-дун, он не писал цитатников, он не Заратустра, он не учил жить и не создавал катехизисов, он просто жил и писал. Как обыкновенный человек он мог ошибаться, мог менять взгляды, мог сомневаться, даже не мог, а делал все это обязательно. Он был человеком.

Возвращаюсь к рассказу "Архиерей", когда умер главный герой мало кто его запомнил, а кто и помнил, то помнил архиерея, а не человека. Вот и мы создаем из Чехова - ЧЕХОВА - безгрешного писателя без страха и упрёка. Думаю, что он меньше всего хотел бы быть бронзовым Чеховым и очень этого страшился...

Вот только что минул Хэллоуин, сегодня католический День Всех Святых, это такой мистический пуп года, когда по мнению впечатлительных дам и господ происходят разные необъяснимые вещи и возможны всякие контакты с иными сущностями.

В связи с этим я обратился к творчеству Антона Павловича и припомнил, что у него есть рассказ, в котором наш классик высмеивает спиритуалистов, вызывающих духов. "Страшная ночь" он называется, я написал на него рецензию, а потом я припомнил еще один рассказ, касающийся той же темы - "Тайна".

Здесь вообще-то, кроме потехи над вызывающими духов, поднимается и другая тема - невнимания к ближним своим. Вот главный герой рассказа - действительный статский советник Навагин не очень-то интересуется людьми, которые его окружают. Так, столкнувшись с тем, что каждый праздник в книге его гостей расписывается некий Федюков, которого он не знает, советник начинает воображать невесть что - от мести несправедливо уволенных сотрудников до издевательств соблазненных им девиц. Ну, да то что господин Навагин не без греха к делу отношения не имеет.

Потом выяснится, что Федюков - фамилия дьячка местного прихода. А ведь Навагин рассматривал в качестве носителей фамилий только представителей чиновничества, только они для него имели фамилии, а остальные - всякие дьячки, швейцары и прочая обслуга прозывались либо по профессиональной принадлежности, либо по приходскому чину.

Поэтому ему проще было впасть в мистику, чем предположить, что у простого человека тоже может быть фамилия. И он бросается в широкие объятия неизведанного и необъяснимого. Поддавшись на уговоры жены, он вызывает дух Федюкова, и тот таки является и требует "Кайся!" Дальше - больше, увлечение становится навязчивым, в ход идут духи Ганнибала и Наполеона, этим да еще Македонскому с Цезарем больше всего достается от всяких мистически-настроенных полудурков. Правда, Навагин еще и Аскоченского вызывал, наверное, потому что этот, на тот момент свежеумерший, а сегодня окончательно забытый писатель, тогда гремел как автор мистического романа "Асмодей наших дней".

В общем Навагин становится докой в общении с духами и даже пишет трактат собственного сочинения на эту тему "И моё мнение", и в этот золотой момент апогея познания сущности таинственных сторон бытия выясняется кто же таков этот Федюков. Почувствуйте, что называется, себя идиотом. Ну а как иначе, разве же советник Навагин не идиот? Конечно, сам он может считать идиотом экзекутора Кринолинского, которого заразил спиритизмом, да так основательно, что тот отправлял телеграммы: "В ад, казенная палата. Чувствую, что обращаюсь в нечистого духа. Что делать? Ответ уплачен".

Митя Кулдаров, возбужденный, взъерошенный, влетел в квартиру своих родителей и быстро заходил по всем комнатам. Родители уже ложились спать.

И происходит все это действо в двенадцать часов ночи. Что же могло случиться с Митей такого важного и неотложного?

Антон Павлович в коротеньком рассказе со счастливым названием "Радость" предвосхитил то, что знают современные маркетологи. Плохой рекламы не бывает. Любые средства подойдут, чтобы заявить о себе во всеуслышание.

Главный герой, коллежский регистратор Дмитрий Кулдаров, страшно рад несчастливому происшествию, благодаря которому его имя попало в газеты. Если бы не случай, никто бы за пределами семьи и коллег не узнал о его существовании. Не беда, что он мог убиться. Главное, что его имя попало в газеты, о нем теперь узнают в столицах и провинциях. Он даже не может дождаться утра, чтобы сообщить об этом своим ошеломлённым родителям, сестре и братьям.

Если бы в то время был Ютьюб или Инстаграм, Митя обязательно бы выложил видео. Потом сидел бы и ждал, что оно наберёт тысячи просмотров и лайков.

Говорить долго о рассказе, который читается за 5 минут (даже меньше), смысла нет. Скажу только, актуальная и довольно-таки забавная история. К ней идеально подходит выражение "и смех и грех". Рекомендую.

И снова мой любимый Чехов. На этот раз с чудесным рассказом о том, к чему приводит излишняя мнительность, или "не надо думать, что все вокруг говорят только о вас".
Учитель чистописания Ахинеев выдаёт дочку замуж за учителя географии Лошадиных. На свадебном банкете на кухне происходит неловкий инцидент, участниками которого являются сам Ахинеев, кухарка Марфа, помощник классных наставников Ванькин и заливной осётр.

Далее Чехов с юмором и проницательностью описывает, что может произойти, если человек чересчур подозрителен в излишнем внимании к своей особе, не доверяет окружающим, не имеет чувства юмора, но имеет "длинный язык", слегка глуповат и недальновиден. Практически, ситуацию можно смело описать футбольным термином "забить гол в собственные ворота". Да не обманет вас название рассказа!
Как всегда, стоит отметить знаменитые чеховские "говорящие фамилии". Что грандиозного или величественного можно подумать о человеке с фамилией Ахинеев? А на что как бы...эээ...намекает фамилия младшего ревизора контрольной палаты Егора Венедиктыча Мзды? Ну и фамилии Лошадиных, Додонский и Тарантулов тоже тяжело связать с благородным геральдическим древом.
Рассказ не только весел, но и весьма поучителен и актуален. Рекомендуется к прочтению всем мнительным людям и людям, полагающим себя "центром Вселенной" дабы вынесли для себя урок. Ну и конечно же, всем остальным, чтобы получить удовольствие.

Уморительный рассказ от Антона Павловича, как наши российские мужики всегда найдут возможность выпить. Даже в том случае, если какой-нибудь Горбачев Михаил Сергеевич или, как в рассказе Чехова, предводительша Любовь Петровна Завзятова, попытаются установить зону трезвости, свободную от алкоголя.

Первого февраля каждого года, в день святого мученика Трифона, эта вдова устраивала у себя в имении панихиду по своему усопшему мужу Трифону Львовичу, бывшему предводителю. Хотя покойный Завзятов был далеко не образцового поведения – «плотный, краснощекий, выпивавший залпом бутылку шампанского и разбивавший лбом зеркала». Умер он от злоупотребления спиртными напитками, поэтому вдова после молебна всегда приглашает гостей закусить, но спиртного в доме принципиально не держит в память о пагубных пристрастиях муженька. Но завтрак, устраиваемый Завзятовой, до того роскошен – «на столе есть все, что только могут дать флора и фауна…» Дьякон Конкордиев ежегодно при взгляде на этот стол разводит руками и говорит – «Сверхъестественно! Это, отец Евмений, не столько похоже на пищу человеков, сколько на жертвы, приносимые богам».

Но еда у гостей не клеится, им чего-то не хватает. «Чувствую, словно потерял что-то... - шепчет один мировой другому. - Такое же чувство было у меня, когда жена с инженером бежала... Не могу есть!» И тут на помощь страждущим приходит смекалка. Один из них идёт в переднюю, где развешены шубы, чтобы взять платок, якобы там оставленный. А возвращается с масляными глазками и живо набрасывается на еду. А другим очень тихо подсказывает, что у него в шубе есть бутылка…
"А чтобы всем остальным было понятно, один из них хвастается - А какую я себе шубу купил, господа, по случаю!.. Стоит тысячу, а я дал... вы не поверите... двести пятьдесят! Только!»

Дальше нетрудно догадаться, что мужчины толпой валят в переднюю, чтобы поглядеть на шубу. И глядят, и глядят… До тех пор, «пока докторский Микешка не выносит тайком из передней пять пустых бутылок».

Удивительно, что Любовь Петровна так ничего и не замечает… Только в письме петербургской подруге делится своими успехами на ниве укоренения трезвости в своём отдельно взятом имении. Попутно сообщает о поведении особо прочувствованных гостей. Эти строки без смеха невозможно – «Ах, ma chere, если б ты знала, как любят меня мои медведи! Председатель земской управы Марфуткин после завтрака припал к моей руке, долго держал ее у своих губ и, смешно замотав головой, заплакал: много чувства, но нет слов!» Пьяненькие мужчины такие неуклюжие и неповоротливые… Как только вдова не учуяла исходящий от них запах?! Или они и тут особые меры принимали?..

Фраза – «Исправник, тот красивый мужчина, о котором я тебе писала, стал передо мной на колени, хотел прочесть стихи своего сочинения (он у нас поэт), но... не хватило сил... покачнулся и упал... С великаном сделалась истерика...»

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 537

Чехов конечно же классик, гений и тд.
Более того, гуманист, юморист, благотворитель, драматург, знаток чевеческих душ и вообще, чуть ли не идеал интеллигентности и интеллектуализма...
Но вот почему-то чем больше проходит времени, тем меньше нравится мне вся эта модная тогдашняя тусовка писателей рубежа веков, все эти Чеховы, Горькие, Короленки и прочие "разоблачители" "мерзостей жизни"...
Может потому и вызывают они некий пульсирующий дискомфорт, что больно уж нарочито спекулятивно-старательно "разоблачительством" своим они занимались (примитвизируя, таким образом, по сути литературный дискурс), чуть ли не захлебываясь при этом внутренним восторгом самодовольства (ибо, полезным же делом занимаемся, мол, да и как талантливо при этом, а?! да и денюжки, к тому же совсем нехилые за всё это нам отваливают, за одно, да и поёрничать можно над всеми над ними, читающими и узнающими себя... а нате-ка вам ещё, ещё и ещё!), который, между всем прочим, и привел, в том числе, ко всем последующим революциям, потрясениям и прочим гуманитарным катастрофам, хотя конечно не они одни в этом виноваты, но тем не менее... И что самое интересное -мало кто из той бригады "разоблачителей" дожил в последующем до кровавых революционно-послереволюционных событий, а те, кто дожили - поразились, мягко говоря... до самых глубин своих потрясенных душ...

ЖАНР: мщение, урок доносчикам
О ЧЁМ: два влюблённых были застуканы за низким поступком младшим братом. Чтобы тайная связь не раскрылась пацану стали давать всевозможные подарочки. Шантаж увеличивался, но счастье длилось не долго, ведь тайная связь стала явной (парень сделал предложение). Парочка поспешила расквитаться за унижение.
ПОНРАВИЛОСЬ:
Язык. Это очень короткий рассказ (меньше пяти минут), в котором нет ничего лишнего. Звучит ярко и чётко, а неожиданная концовка обрамляет эту историю. Литературный анекдот.
Младшие. Подобная ситуация шантажа или, ещё хуже, простого доноса родителям понятна всем кто имеет младших брата или сестру. Всё происходящее близко многодетным семьям. Редко кто всегда имел дружественные отношения с мелкими или вёл благородную жизнь. Поэтому этот рассказ понятен и приятен почти всем (особенно концовка) Я и сам в юности ставил данному рассказу высшие оценки радуясь концовке. Перечитывая сейчас, когда уже у самого дети я призадумался...
РАЗОЧАРОВАЛО:
Враньё. Сам автор акцентирует внимание на мелком, да и само название показывает кто тут плох, но ведь молодая пара ведёт себя не лучше. Уже по тем меркам происходящее из ряда вон выходящее и вовсе не мелкий виноват, что молодожёны так не сдержанны в своих чувствах. Судя по реакции и подношениям, они совершали действительно очень скверное и осудительное. Потом они давали взятку за молчание, а увеличивающиеся подношения показывали, что на содеянном молодые не остановились, ведь не зря мелкий за ними шпионил. Вряд ли он это делал если бы всё ограничилось поцелуем у реки. За это он получил монету, но количество и качество взяток всё увеличивалось. Да этот мелкий мешал их обоюдному счастью, но повторюсь они сами в этом виноваты. Нужно было лучше шифроваться.
Проступок. Вы только вдумайтесь в сюжет. Молодые делали то, за что их так накажут, что дары мелкому увеличивались невероятно. Я вот, например, в детстве о наручных часах даже не мечтал, ибо это было вообще за гранью возможного. Современному человеку кажутся безобидными поцелуи и разговоры наедине с парнем/девушкой. И качели правосудия склоняются на сторону молодых, но представьте иную страшную для родителей ситуацию. Повторюсь, что их должны были наказать и наказать серьёзно, а значит молодые совершили очень серьёзный проступок и пытались это скрыть. Для меня самое страшное это наркотики. Вот и представьте, что молодые на реке не целовались, а употребляли. Это заметил мелкий и хотел рассказать, но был подкуплен. Проступки повторялись, а богатство "злого мальчика" росло, пока родители сами не узнали правду. Теперь смешно? Мне не очень....
Злые влюблённые. Исходя из всего выше написанного совсем скотско смотрится последний поступок молодых и их месть. За что мстили? Сами провинились, так ещё и мелкого избили.... Гадко.
КОМУ ХОЧЕТСЯ ПОСОВЕТОВАТЬ: злым старшим братьям и сёстрам.