Paradox of Choice: Why more is less

кого нам работать? И здесь, кажется, мы ежедневно сталкиваемся с необходимостью выбирать. Среднестатистический американец 32 лет уже успел поработать в 9 различных компаниях. Несколько лет назад в U. S. News & World Report вышла статья о «странствующей» рабочей силе. В тексте говорилось, что 17 млн американцев готовы добровольно уволиться и найти новую работу. Люди переходят с одной на другую ради повышения или чтобы развиваться в своей сфере; иногда чтобы переехать в другой город или от скуки. Более того, мы так привыкли к традиции часто менять работу, что с подозрением относимся к тем, кто уже 5 лет трудится на одном месте. Подобное поведение больше не считается показателем приверженности компании, а скорее вызывает вопросы по поводу отсутствия амбиций, особенно когда экономика на подъеме, и рабочих мест достаточно. Конечно, во времена спада, как, например, сейчас, статистика перехода с одного места на другое значительно ниже, но люди все равно ищут другую работу.
Когда стоит это делать? Кажется, ответ на этот вопрос – как только приступили к своим обязанностям на текущем месте. Подумайте о влиянии (учитывая то, что мы вынуждены принимать это решение самостоятельно). Это значит, на вопросы наподобие «Где мне работать?» или «Кем мне работать?» никогда не находится окончательных ответов. Мы не можем успокоиться. Наш радар сканирует новые и потенциально более привлекательные возможности, не выключаясь ни на секунду.
Слоган одной из рекламных кампаний Microsoft – «Куда вы хотите отправиться сегодня?» – теперь актуален не только в контексте интернет-путешествий.
Подобная мобильность открывает перед нами массу возможностей. Можно переезжать, менять компании и даже профессии, развиваться, постоянно бросая себе новые вызовы. Но мы платим за это цену, так как вынуждены ежедневно собирать информацию и принимать новые решения. Люди не могут просто расслабиться, наслаждаясь тем, чего уже достигли: нам постоянно необходимо сохранять бдительность, чтобы не упустить счастливый шанс.

Благодаря достижениям современной хирургии, теперь мы можем менять лицо и тело. В 2014 году американцы прошли более 15 млн косметических хирургических операций: 210 тысяч липосакций, 285 тысяч операций по увеличению груди, 207 тысяч операций на веках, 128 тысяч подтяжек лица, 217 операций по изменению формы носа, 6,7 млн инъекций ботокса. Хотя в основном к ним прибегают женщины (92 %), мужчины тоже делают пластические операции. «Словно сходить на маникюр или в спа-салон», – сказал представитель Американского общества пластических хирургов. Другой представитель говорил, что лечь под нож пластического хирурга – почти то же самое, что и «надеть красивый свитер, сделать прическу, сходить на маникюр или позагорать». Другими словами, они постепенно перестают быть предметом сплетен и становятся обычным инструментом самосовершенствования. Базовые элементы внешнего вида превратились в вопрос выбора – это еще одно решение, которое мы принимаем самостоятельно. Журналистка Венди Каминер пишет: «Раньше красота была даром, посланным лишь некоторым, которыми другие могли только восхищаться. Сейчас это достижение, и некрасивая внешность больше не вопрос везения, а личный провал».

Джинсы, которые я тогда выбрал, отлично на мне сидели, но в тот день показалось, что покупка не должна занимать столько времени. Создав такое количество вариантов, магазин, несомненно, оказал услугу покупателям с разными вкусами и фигурами. Однако из-за подобного расширения ассортимента возникла и новая проблема, требующая решения. Раньше обычный покупатель вроде меня был вынужден удовлетвориться неидеальными джинсами – при этом их покупка занимала пять минут. Теперь же процесс превратился в сложную задачу, в которую надо вкладывать время, силы, а также он вызывал приличное количество сомнений, нервотрепки и волнений.

В таком мире, как наш, вынуждающем принимать одно решение за другим, это может быть тяжело. Наши попытки выбрать лучшую машину могут помешать желанию быть хорошим другом. Стремление выбрать лучшую работу может встать на пути у обязанности быть лучшими родителями. Если время, которое вы сэкономите, воспользовавшись некоторыми из моих рекомендаций, вы посвятите улучшению отношений с близкими людьми, вы не только измените к лучшему свою жизнь, но и улучшите их. Это станет переменой, которую экономисты называют «эффектом Парето» – переменой, выгодной для всех.

Как общество, мы должны скептично относиться к тем, кто обещает улучшить нашу жизнь, просто предоставив возможность выбирать среди большего количества вариантов. Есть шанс, что на нас положительно повлияет возможность решать, куда вкладывать пенсионные взносы, в какую школу отправлять детей, какую страховку и медикаменты выбрать и так далее. эти же варианты способны повлиять отрицательно: нам не хватит опыта, чтобы принять лучшее решение, или времени, чтобы действительно разобраться в этой сфере. Или нас и так настолько будет обременять необходимость принимать решения, что, столкнувшись с очередным выбором, мы не сможем с ним справиться.
Ограничивая количество принимаемых решений, а также количество доступных опций, вы освободите больше времени для действительно важных вещей – в отличие от людей, которые выбирают и выбирают, стремясь найти абстрактное совершенство. А свободное время можно использовать более мудро, проведя его с детьми, родителями, друзьями, пациентами, клиентами или студентами.

Несколько недель назад моя жена ходила на регулярный медицинский осмотр к новому доктору. Медосмотр прошла, все в порядке. Но когда вернулась домой, она была очень недовольна поверхностным проведением процедур. Ни анализа крови, ни исследования легких. Доктор послушал сердцебиение, измерил артериальное давление, направил ее на маммограмму и спросил, есть ли жалобы – вот и все. Жена решила, что это не очень-то похоже на регулярный медосмотр, и позвонила в компанию, чтобы уточнить, вдруг ее записали не на тот прием. Она описала ситуацию менеджеру, который объяснил, что позиция доктора – обследовать пациента согласно его желаниям. Помимо ряда рутинных процедур, никакого стандартного протокола нет, каждую манипуляцию врач обсуждает с пациентом. Менеджер извинился за то, что подход доктора не объяснили заранее, а также предложил связаться с врачом, чтобы решить на будущее, что войдет в ежегодный осмотр. Супруга была ошеломлена. Поход к доктору – по крайней мере, именно к этому – превратился в подобие похода к парикмахеру: клиент (пациент) должен объяснять специалисту, чего ожидает от каждого визита. Всем управляет пациент.
Раньше врач просто говорил, что нужно делать. Сейчас – пациент сам решает, как и где обследоваться, чем лечиться.