Занимательно как памятник. Жаль только, что издательство ACADEMIA в 1926 году не посчитало нужным датировать статьи, которые они включили в этой сборник - они явно написаны в разное время. Но всё равно интересно, как воспринимался джаз в - условно и, быть может, не точно говоря - середине 1920-х: музыковеды-композиторы-критики, рассуждающие тут о джазе, видят его слишком близко и не вполне отчётливо. Джаз у них предстает одновременно уже устоявшимся, новорожденным и не вышедшим из первобытного хаоса. Иначе говоря, они видят, что явление серьёзное, но совершенно не знают, что с ним делать, поэтому в меру своей испорченности, предвзятости или прозорливости предлагают и надеются на разное. Встречаются совсем смешные глупости: Грэнджер, например, в своей статье говорит, что негр не может (в принципе не может!) быть одарён музыкально, ему нужно облагораживающее влияние белого человека (и да, они тут, в книжке, очень ценят оркестр "Поля" (Пола, конечно же) Уайтмэна, попсовее которого в те времена было мало что) - зато тут же выдаёт, что "многое в джазе берёт начало из импровизаций китайских и других дальневосточных музыкантов". В общем, весело.
И да, это первая книга о джазе, изданная в СССР. И она, конечно, куда полезнее, правдивее (при всех ошибках) и нужнее, чем то, что начали писать у нас о джазе буквально через пару лет после её публикации: "Но вдруг в чуткую тишину начинает сухо стучать какой-то идиотский молоточек — раз, два, три, десять, двадцать ударов, и вслед за ними, точно кусок грязи в чистейшую, прозрачную воду, падает дикий визг, свист, грохот, вой, рёв, треск; врываются нечеловеческие голоса, напоминая лошадиное ржание, раздаётся хрюканье медной свиньи, вопли ослов, любовное кваканье огромной лягушки; весь этот оскорбительный хаос бешеных звуков подчиняется ритму едва уловимому, и, послушав эти вопли минуту, две, начинаешь невольно воображать, что это играет оркестр безумных, они сошли с ума на сексуальной почве, а дирижирует ими какой-то человек-жеребец, размахивая огромным фаллосом" (М. Горький. О музыке толстых. - газета "Правда, 18 апреля 1928). На джаз-музыкантов репрессивный аппарат у нас давил сравнительно слабо, осуждался больше джаз как явление вообще, в контексте критики буржуазной культуры (может, сложно было давить точечно? Никакой Цфасман же не пел "мы лёд под ногами майора", играют инструментальное - к чему цепляться?). Но горьковская риторика всё равно будет держаться очень долго - я ещё помню из детства журналы "Крокодил" 1980-х годов, где великомудрый автор говорил, что народные песни и классика - это как любовь, а слушать джаз - всё равно, что влюбиться во фрезерный станок. Образ-то смешной, но ничего нового великомудрый автор так и не придумал. Впрочем, это всё уже другая история, да и хорошо, что другая.
7 понравилось
