Цитаты из книги Anthem

А сколько еще предстоит узнать! Какая длинная дорога лежит перед нами. И разве нас может пугать то, что мы пойдем по ней в одиночку?

Здесь, под землей, мы одни. Одни — какое страшное слово.

Все должны соглашаться со всеми, и они не смогут узнать, совпадают их мысли с мыслями всех остальных, и поэтому они бояться говорить.

Through all the darkness, through all the shame of which men are capable, the spirit of man will remain alive on this earth. It may sleep, but it will awaken. It may wear chains, but it will break through. And man will go on. Man, not men.

What is my wisdom, if even the fools can dictate to me? What is my freedom, if all creatures, even the botched and the impotent, are my masters? What is my life, if I am but to blow, to agree and to obey?

No single one can posses greater wisdom than the many Scholars who are elected by all men for their wisdom. Yet we can. We do. We have fought against saying it, but now it is said. We do not care. We forget all men, all laws and all things save our metals and our wires. So much is still to be learned! So long a road lies before us, and what care we if we must travel it alone!

We know that we are evil, but there is no will in us and no power to resist it. This is our wonder and our secret fear, that we know and do not resist.

..and we know well that there is no transgression blacker than to do or think alone..

- А если это облегчит труд людей, - сказали Общность 5-0306, - то это ещё большее зло, ведь люди существуют только для того, чтобы работать для других.

Мы шли много дней. Лес не кончался, но мы не искали его конца. Каждый день, отдалявший нас от Города, был еще одним днем счастья.

И вдруг мы подумали, какое огромное удовольствие еда, в которой мы нуждаемся и которую добываем собственными руками. И мы снова пожелали быть голодными, чтобы снова и снова ощутить это новое счастье - еда.

И вдруг мы подумали, какое огромное удовольствие еда, в которой мы нуждаемся и которую добываем собственными руками.

Так должны жить все люди до сорока лет. В сорок их силы истощаются. Тогда их посылают в Дом Бесполезности, там живут Старики. Они не работают. О них заботится Государство. Летом они сидят на солнце, зимой — у огня, редко говорят, ибо утомлены. Они знают, что скоро умрут. Если случается чудо и они доживают до сорока пяти, их называют Древнейшими, и дети, проходя мимо Дома Бесполезности, с интересом разглядывают их.

Душа наша разрывалась в поисках слова, но мы не нашли его.

Никто не может обладать большей мудростью, чем Ученые, выбранные всеми людьми как раз за мудрость.

Что же это за Непроизносимое Слово, если человек может отдать за него жизнь?

Их знамя теперь в моих руках. И я хотел бы иметь возможность сказать им, что отчаяние их сердец не было беспросветным и их ночь была чревата надеждой. Потому что битва, которую они проиграли, не могла быть проиграна. То, за что они погибли, бессмертно.

Но никто не внял их предупреждениям. И они, те, кто участвовал в этой безнадежной битве, они погибли, пропитав свои знамена собственной кровью. И они выбрали смерть, потому что знали.

Не могу понять, потому что мне трудно понять людей, знавших слово "я" и отдавших его. Как они могли не осознавать, что теряют? Но так все и было, ибо я жил в Городе проклятых и знаю, каким ужасам люди позволили себе подчиниться.